Директива СНБ 68

Опубликовано в Апрель 9th, 2014 in Политика после войны от admin

В марте 1948 г. Великобритания, Франция, Бельгия, Голландия и Люксембург подписали в Брюсселе соглашение о коллективной обороне на случай «русской агрессии». Это соглашение было встречено Президентом США Трумэном с большим энтузиазмом. Он подчеркнул важность шага, предпринятого членами содружества стран Запада, и призвал Конгресс США поддержать эту инициативу. 20 января 1949 г. Трумэн объявил конгрессу о своем намерении подписать Североатлантический договор. 4 апреля 1949 г. двенадцать стран, включая участников Брюссельского договора 1948 г., подписали Североатлантический договор, предусматривавший создание военно-политического блока — НАТО. Через три месяца этот договор был ратифицирован Сенатом США.
Заявление ТАСС от 25 сентября 1949 г. об успешном испытании в СССР атомного оружия вызвало смятение в политических и деловых кругах США. Атомной монополии США, лежавшей в основе послевоенного американского внешнеполитического курса, наступил конец. Администрация Трумэна предприняла шаги по установлению контроля за развитием ядерных исследований в СССР, предложив создать под эгидой ООН международный контрольный орган. Это предложение было отвергнуто СССР. В 1950 г. Соединенные Штаты приступили к реализации обширной программы испытаний ядерного оружия, включая водородную бомбу.
К этому времени в связи с развитием событий в Азии обеспокоенность США усиливается. Осложнилась ситуация в Корее, разделенной после войны на две зоны — Северную Корею и Южную Корею. В августе 1948 г. Южная Корея, поддержанная США, объявила себя Республикой Корея, а в сентябре того же года Северная Корея при поддержке СССР и Китая провозгласила себя Корейской Народно-Демократической Республикой (КНДР). Начиная с 1949 г. активизировались действия северокорейских коммунистов, поставивших своей целью любыми средствами добиться объединения страны. Поражение китайских националистов, нанесенное Народно-освободительной армией Китая, бегство Чан Кайши и его сторонников на остров Тайвань и приход к власти в Пекине коммунистов во главе с Мао Цзэдуном вызвали всплеск обвинений в адрес администрации Трумэна и демократов, которым ставились в вину «засилье коммунистов в государственном аппарате, и «потеря Китая». В этих условиях 31 января 1950 г. президент Трумэн направил секретное указание в Совет нациоальной безопасности США, поручив ему разработать директиву, которая содержала бы всесторонний анализ политических, стратегических, экономических и психологических целей США и их возможного влияния на американскую внешнюю политику «с учетом появления у Советского Союза атомной бомбы и возможного появления термоядерной бомбы». Эта директива, принятая 14 апреля 1950 г. и ставшая известной как директива СНБ-68, вошла в историю как один из основных документов «холодной войны».

ДИРЕКТИВА СНБ

Анализ
I. ПРЕДПОСЫЛКИ СОВРЕМЕННОГО МИРОВОГО КРИЗИСА
За последние тридцать пять лет мир пережил две небывалые по своей жестокости мировые войны. Он стал свидетелем двух революций — русской и китайской, невиданного доселе размаха и глубины преобразований. Молча наблюдал он за крахом пяти империй — Оттоманской, Австро-Венгерской, Германской, Итальянской и Японской и за серьезным упадком могущества двух крупных имперских систем — британской и французской. Лишь в течение одного поколения серьезно поменялась международная расстановка сил. Несколько столетий ни одному государству не удавалось заполучить такое превосходство в силе, которому не могла бы быть противопоставлена еще большая мощь коалиции других государств. Несмотря на то что мир периодически захлестывали насилие и войны, в целом в нем преобладала система суверенных и независимых государств, которая препятствовала установлению гегемонии какой-либо одной державы.
Однако два сложных и глубоких по своей сути мировых события изменили укоренившийся исторический расклад. Во-первых, поражение Германии и Японии, а также упадок Британской и Французской империй привели к тому, что центрами концентрации силы в мире стали СССР и США. Во-вторых, Советский Союз в отличие от предыдущих претендентов на мировую гегемонию фанатично одержим новой верой и стремится подчинить своей власти остальной мир. Конфликт, таким образом, приобрел локальный характер, он форсируется Советским Союзом исходя из соображений целесообразности с помощью насильственных или ненасильственных методов. С разработкой все более грозных видов оружия массового уничтожения каждый человек оказывается перед лицом постоянной угрозы уничтожения в случае вступления конфликта в фазу тотальной войны.
С одной стороны, народы мира желают избавления от тревог, связанных с возможностью атомной войны. С другой стороны, любое существенное расширение контролируемого Кремлем пространства повышает шансы того, что вскоре Советскому Союзу уже нельзя будет противопоставить коалицию, превосходящую его по мощи.
Стоящие перед нами проблемы имеют первостепенную важность. Сейчас речь идет о судьбе не только нашего государства, но и всей цивилизации. Решение этих вопросов не терпит отлагательств. Наше правительство и народ, который оно представляет, должны быть способны принять судьбоносные решения.

II. ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ
Основная цель США изложена в Преамбуле Конституции: » … дабы образовать более совершенный Союз, установить правосудие, гарантировать внутреннее спокойствие, обеспечить совместную оборону, содействовать всеобщему благоденствию и закрепить блага свободы за нами и потомством нашим». По существу, основной целью является обеспечение целостности и жизнеспособности нашего свободного общества, основанного на понятиях достоинства и чести человека.
Основой для достижения этой цели являются три фактора: наша решимость поддерживать основные элементы свободы личности, как они изложены в Конституции и Билле о правах; наша решимость создавать условия, при которых наша свободная и демократическая система может существовать и процветать, а также наша решимость при необходимости бороться за наш образ жизни, ради которого согласно Декларации независимости «с твердой верой в покровительство Божественного Провидения мы даем взаимный обет жертвовать своими жизнями и своим состоянием и свято блюсти нашу честь».

III. ОСНОВНОЙ ПЛАН КРЕМЛЯ
Основным планом тех, кто возглавляет Советский Союз и международное коммунистическое движение, является сохранение и укрепление своего абсолютного могущества в Советском Союзе и на территориях, находящихся сейчас под их контролем. Вместе с тем реализация этого плана, по мнению советских лидеров, требует постоянного расширения власти и полного уничтожения любой действенной оппозиции.
Таким образом, этот план предполагает либо свержение, либо уничтожение государственного аппарата и структуры общества в странах несоветского мира, а также их замену на зависимые от Кремля или им контролируемые. В настоящее время Советы пытаются осуществить этот план в Евразии. Соединенные Штаты, будучи основным центром концентрации силы на несоветском пространстве и оплотом оппозиции советской экспансии, представляют собой основного врага коммунизма, следовательно, их целостность и жизнеспособность должны быть низложены или уничтожены любым способом, чтобы обеспечить реализацию Кремлем его основополагающего плана.

IV. КОНФЛИКТ ЦЕННОСТЕЙ: ЦЕЛИ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И ПЛАНЫ КРЕМЛЯ

А. ПРИРОДА КОНФЛИКТА
Кремль рассматривает Соединенные Штаты в качестве единственной преграды на пути реализации своего основного плана. Основной конфликт — это противостояние идеи свободы, в основе которой лежит законность, и идеи рабства мрачной деспотии Кремля. Причиной обострения данного конфликта стала поляризация власти, описанная в разделе 1, а также обладание обеими сторонами атомным оружием. Кроме того, существование идеи свободы чрезвычайно губительно для идеи рабства, но не наоборот. Непоколебимое стремление государства, не знающего ничего, кроме рабства, уничтожить все проявления свободы, бросающей ему вызов, развело две великие державы по противоположным полюсам. Именно данное обстоятельство и придает статус кризиса сложившейся на мировой арене ситуации.
Свободное общество воспринимает индивида как основную ценность, требуя от него лишь самодисциплины и самоограничения в той степени, которая необходима для свободной реализации своих прав другими индивидами этого общества. Свобода индивида имеет две стороны: ответственность индивида не использовать свою свободу образом, ущемляющим свободу других индивидов, и ответственность индивида использовать свою свободу для построения добродетельного общества.
Разносторонность, глубокая терпимость и законопослушность свободного общества начинается именно со свободы и ответственности. Этим и объясняется сила свободных людей, которая образует целостность и обеспечивает жизнестойкость свободной и демократической системы. Свободное общество пытается создать и сохранить такие условия жизни, в которых каждый человек имеет возможность реализовать свои способности. Она также объясняет, почему свободное общество терпимо относится к тем, кто, пользуясь своей свободой, пытается изнутри разрушить общество. Таким же образом, основным инструментом политики свободного общества в межгосударственных отношениях является сила и привлекательность его идеи. Свободное общество не чувствует давления, вынуждающего его пытаться перестроить все остальные формы общественного устройства на свой манер.
Свободное общество не боится разносторонности, наоборот, оно приветствует ее. Оно сильно благодаря умению терпимо относиться к антипатичным идеям, так как оно само по себе является местом, где происходит обмен идеями. И оно непоколебимо в вере в то, что свободные люди сделают свой выбор в пользу лучших идей и выберут возможность более полной и качественной реализации своих способностей.
Идея свободы — самая заразительная идея в истории человечества, она более заразительна, нежели идея подчинения. В обществе, попавшем под господство одного человека или группы людей, стремящихся к абсолютной власти, даже дуновение свободы не может быть спокойно воспринято. Деспот, имеющий абсолютную власть, способен поработить волю остальных индивидов, и тогда их порабощенная воля, требующая от них слепого следования извращенным догмам, становится причиной их деградации. Первая догма гласит, что смыслом существования человека является служение интересам системы. Система становится Богом, подчинение воле Бога становится подчинением системе. Открытого принятия системы уже недостаточно — неуместна даже идея ненасилия, пропагандировавшаяся М. Ганди, может остаться дух противостояния — и человек не будет полностью покорным.
То же самое принуждение, диктующее необходимость полного контроля над всеми без исключения людьми в советском государстве, требует и полного контроля над всеми коммунистическими партиями и всеми государствами, находящимися под контролем Советов. Сталин говорил, что принятие теории и тактики ленинизма в изложении большевистской партии обязательно для всех пролетарских партий всех стран. Настоящим интернационалистом является тот, кто безоговорочно поддерживает позицию Советского Союза, а настоящий патриотизм в сателлитах — это любовь к Советскому Союзу. «Мирная политика» Советского Союза, определенная на съезде партии в качестве «более продвинутой формы борьбы с капитализмом», является средством разделения и сковывания не коммунистического мира. А состояние мира, согласно плану Советского Союза, может быть достигнуто только при полном принятии всеми политики Москвы.
Противопоставление рабства и свободы объясняет появление железного занавеса, изоляции и автократии общества, конечной целью которого является абсолютная власть. Существование идеи свободы всегда являлось угрозой основам рабского общества, которое считает недопустимым существование свободы в мире. Новым штрихом этого продолжительного противостояния является поляризация сил, которая неизбежно ведет к противостоянию рабского и свободного общества.
В настоящее время свободные институты во всем мире подвергаются нападкам. В контексте нынешней поляризации власти падение свободных институтов в одном месте расшатывает их основу везде. Крах Чехословакии не имеет материальной значимости, так как ее материальные ресурсы уже давно были подчинены СССР. Значимость краха Чехословакии для нас заключается в крахе свободных институтов этой страны, а не в нанесенном нам материальном ущербе.
Не желая того, наше свободное общество оказывается перед неумолимым вызовом, бросаемым советской системой. Никакая другая система ценностей так не противоречит нашей, не является столь непоколебимой в своей цели уничтожить нас и не готова использовать для достижения своих целей наиболее опасные тенденции и процессы, происходящие в нашем обществе. Никакая другая система не пытается столь искусно и властно пробудить иррационализм, скрытый в человеческом существе, и никакая другая система не имеет поддержки столь сильного и крепнущего центра военной власти.

Б. Цели
Цели свободного общества определяются его основными ценностями, а также необходимостью поддержания материальной среды, в которой они процветают. Следовательно, вызов Кремля брошен не только ценностям, преобладающим в США, но и физической способности США защищать среду, в которой эти ценности существуют. Этот вызов подразумевает и состояние мира, и состояние войны, поэтому цели, которые мы ставим перед собой в мирное и в военное время, должны учитывать это.
1. Мы должны наращивать свой потенциал, утверждая наши ценности в жизни, а также развивать нашу военную и экономическую мощь.
2. Мы должны построить успешно функционирующую политическую и экономическую системы в свободном мире. Лишь с помощью подтверждения на практике, как за рубежом, так и дома, наших основных ценностей мы сможем сохранить свою собственную целостность, что будет означать крах основного плана Кремля.
3. Помимо утверждения наших ценностей, наша политика и действия должны быть направлены на то, чтобы вызвать коренные изменения в характере советской системы, срыв планов Кремля — это первый и важнейший шаг к этим изменениям. Совершенно очевидно, что это обойдется дешевле и будет более эффективно, если изменения явятся результатом действия внутренних сил советского общества.
В тесном мире, который стоит сейчас перед угрозой ядерной войны, простого отслеживания планов Кремля уже недостаточно, так как отсутствие порядка в международных отношениях приобретает форму, с которой уже нельзя не считаться. Этот факт накладывает на нас, что к тому же в наших же собственных интересах, обязательства мирового лидерства. А это требует от нас усилий, подразумевающих соответствующие риски, в интересах восстановления порядка и справедливости средствами, согласующимися с принципами свободы и демократии. Мы должны свести наши претензии к Советскому Союзу к требованиям взаимодействовать с другими государствами, основываясь на принципах равенства и уважения прав других. При этом мы совместно со своими союзниками и ранее угнетенными народами должны стремиться к построению мирового общества, основанного на принципе согласия. Структура такого общества должна быть гибкой, так как оно будет состоять из многих национальных сообществ, возможности которых будут разными, а следовательно, они будут обладать и разным военным потенциалом. Семя конфликта неизбежно будет оставаться в земле и давать новые ростки. Признать это означает лишь признать невозможность достижения конечного решения. Не признавать это — чрезвычайно опасно в мире, где отсутствуют конечные решения.
Все эти цели, к реализации которых стремится свободное общество, имеют одинаковое значение как в мирное время, так и в условиях войны. Однако каждый аргумент в пользу приверженности нашим основным ценностям или требованиям нашей национальной безопасности диктует необходимость в стратегии холодной войны. Лишь развивая моральную и материальную силу свободного мира, мы сможем заставить советский режим убедиться в несостоятельности его курса и возможности существования предпосылок для заключения выполнимых соглашений. Демонстрируя на практике жизнестойкость своей системы, свободный мир расширяет поле для возможных соглашений и таким образом может надеяться на постепенное при знание Советским Союзом реалий, которое в итоге приведет к краху советского замысла. Также возможно создание ситуации, которая побудит Советский Союз сознательно или же бессознательно отказаться от своего плана в интересах сосуществования с несоветским миром на условиях терпимости. Такое развитие событий стало бы триумфом идеи свободы и демократии. Это должно стать немедленной целью политики США.
В случае войны у нас нет причин изменять стоящие перед нами общие цели. Они не включают в себя безоговорочную капитуляцию, подчинение советского народа или лишение России ее экономического потенциала. Такая линия неизбежно сплотит народы России вокруг режима, их поработившего. Скорее, эти цели предполагают принятие СССР некоторых особых условий, при которых смогут процветать свободные институты и при которых народы России будут иметь возможность определять свою собственную судьбу. И если мы сможем превратить русский народ в своих союзников, мы облегчим нашу задачу и сделаем победу более верной.
Эти цели сформулированы в документе NSC 20/4 (от 23 ноября 1948 г.) и приведены в главе Х. Они полностью соответствуют целям, обозначенным в данном документе, и сохраняют свою актуальность. Растущая интенсивность конфликта, навязанного нам, тем не менее подразумевает перестановку акцентов в стратегии и внесение в нее очевидных дополнений. Усиление борьбы в сочетании с тем, что Советский Союз предположительно обладает атомной бомбой и имеет возможности для разработки термоядерного оружия, не дает нам повода полагать, что ослабление кризиса произойдет раньше, чем перемены в сути советской системы.

В. Средство
Свободное общество ограничено в выборе средств достижения своих целей.
Принуждение отрицает свободу, за исключением случаев, когда оно используется для утверждения общих для всех прав. Следовательно, использование силы, применяется ли она в рамках системы либо вне ее, является последним средством для свободного общества. Поступать подобным образом позволительно лишь в том случае, если индивид или группа индивидов внутри общества угрожают основным правам других членов общества либо когда другое общество пытается навязать свою волю. Свободное общество холит и защищает права меньшинства от воли большинства, так как они являются неотъемлемыми правами каждого.
Использование силы, принуждение, навязывание воли — это сложный и опасный для свободного общества путь, выбор которого оправдан лишь в случае появления еще больших опасностей. Необходимость выбора этого пути должна быть очевидна, и он должен рассматриваться большинством как неизбежное исключение из правила свободы; в противном случае под угрозой окажется регенеративная способность свободных людей.
Кремль может выбирать средства, необходимые ему для реализации основного плана. Он имеет возможность использовать наиболее действенные методы, ведя борьбу там, где он сочтет ее выгодной, и используя преимущества псевдомира там, где он не готов к состязанию. На идеологическом и психологическом уровнях в борьбе за умы людей конфликт принимает мировые масштабы. На политическом и экономическом уровнях, внутри государств и на международной арене борьба за влияние также усиливается. Однако на военном уровне Кремль до сих пор был весьма осмотрителен, боясь совершить ошибку, которая нарушит мир, хотя он и использует свои вооруженные силы для запугивания своих соседей, а также в качестве подспорья при ведении внешней политики. Кроме того, при благоприятном стечении обстоятельств агенты Кремля, не колеблясь, прибегают к оружию.
У нас нет такой свободы выбора, особенно когда речь идет о возможности использования силы. Объявление войны — последнее средство для свободного общества, и к тому же с ее помощью нельзя разрешить «конфликт идей», который является основой противостояния. Идея рабства может быть побеждена лишь с помощью своевременной и постоянной демонстрации превосходства идеи свободы. Одна лишь военная победа сможет оказать только частичный и, вероятно, временный эффект. Даже несмотря на то что угроза нашей безопасности, исходящая от Кремля, может быть временно ликвидирована, возрождение тоталитарных сил и восстановление советской системы либо ее эквивалента не заставят себя ждать. Избежать этого можно, лишь добившись победы в основном идеологическом конфликте.
Практический анализ, таким образом, подталкивает нас к выводу о том, что мы должны демонстрировать превосходство идеи свободы, находя ей практическое применение, а также пытаться изменить ситуацию в мире путем, исключающим войну. Мы должны стремиться разрушить планы Кремля и ускорить распад советской системы.
В нашем свободном обществе вооруженным силам отводится роль защиты национальных интересов в случае атак против них, пока мы пытаемся создать среду, в которой наше свободное общество может процветать, а также в случае необходимости защиты целостности и жизнестойкости нашего государства и победы над агрессором. Кремль использует советскую военную мощь как средство поддержки и осуществления своих планов. В Кремле не колеблются, когда встает вопрос использования военной силы, если этого требуют их планы. Как видно, разница между нашей целью и кремлевским планом заложена в подходах к использованию военной силы.
В случае возникновения угрозы ценностям, лежащим в основе нашего общества, мы, естественно, будем предпринимать действия, необходимые для защиты этих ценностей, в том числе и военную силу. Целостность нашей системы не будет подвержена опасности из-за тайных или явных, насильственных или ненасильственных действий, нацеленных на ликвидацию плана Кремля. Кроме того, нет необходимости доказывать правильность наших действий при условии, что подобные действия просчитаны, имеют лишь адресную направленность и не чрезмерны, в противном случае мы можем превратиться во врагов народа, а не зла, которое его поработило.
Однако какой будет роль наших вооруженных сил в случае начала войны? Если мы не будем использовать их так, чтобы показать русскому народу, что наши усилия направлены на свержение враждебного по своей сути режима, а не против интересов самого народа, мы лишь сплотим режим и народ. Тогда они будут сражаться до конца, что не решит основных проблем, создаст новые, а также очернит и скомпрометирует наши основные принципы. Если, применяя силу, мы не будем демонстрировать суть наших намерений, мы поставим под угрозу достижение нашей основной цели. По мнению журнала «Федералист», «применяемые средства должны пропорционально соответствовать масштабу зла». Подобным злом может быть мировая война или же локальная советская кампания. В любом случае нам не следует брать в руки инициативу, если мы можем этого избежать, так как в противном случае это приведет к началу войны на уничтожение. Более того, если мы будем располагать силами, способными обеспечить провал локальной кампании Советов, в наших же интересах будет поступить именно так и не допустить перерастания конфликта в мировую войну. В случае применения силы мы должны вынудить противника принять условия, согласующиеся с нашими целями и возможностями, а масштабы применения силы должны соответствовать нашим потенциальным задачам (однако они не должны превышать тех, которые мы в состоянии выдержать в течение длительного времени).

V. НАМЕРЕНИЯ И ВОЗМОЖНОСТИ СССР

А. Политические и психологические
Кремлевские планы мирового господства зарождались в его же стенах. Деспот всегда в первую очередь озабочен прочностью своего положения и своей власти в государстве, где он правит. Факт существования железного занавеса, изолирующего советских людей от остального мира, постоянные политические зачистки внутри СССР, увеличение преступлений, совершаемых МВД, — все это указывает на то, что хозяева Кремля не ощущают себя в безопасности даже у себя в стране, а также на то, что «совокупная сила принуждения социалистического государства» сейчас, как никогда ранее, пытается насадить свое абсолютное влияние в «экономике, образе жизни и сознании людей» (А. Я. Вышинский. «Право советского государства», стр. 74). Подобные меры, принимаемые в государствах-сателлитах, свидетельствуют о том, что на колонизированных территориях Кремль проводит такую же политику, возможно, лишь менее активно.
Представляя собой тоталитарную диктатуру, Кремль ставит задачей своей политики полное подчинение народов, находящихся сейчас под его влиянием. Прототип общества, на построение которого рассчитана политика Кремля, — это концентрационный лагерь. В таком обществе личность человека сломлена и извращена и уже сама активно способствует процессу собственной деградации.
Политика Кремля в отношении неподконтрольных ему территорий нацелена на устранение сопротивления его воле и на насаждение на этих территориях его власти. Кремль руководствуется подобной стратегией из-за того, что он по причинам, изложенным в главе IV, не может мириться с существованием свободных обществ. Даже самое спокойное и неагрессивное свободное общество бросает Кремлю вызов, так как только лишь фактом своего существования оно уже задевает достоинство Кремля и оказывает на него давление, способное пошатнуть его положение. Опираясь на знания о сущности Кремля и на данные, которыми мы располагаем, можно сделать вывод о том, что цели подобной политики аналогичны целям политики, осуществляемой Кремлем на подконтрольных территориях.
Средства, используемые Кремлем для реализации своей политики, ограничиваются лишь соображениями выгодности. Доктрина не является лимитирующим фактором; напротив, она, скорее, диктует необходимость насилия, диверсий и обмана и отвергает соображения морали. Убежденность Кремля в собственной непогрешимости сделала его приверженность теории относительной; прошлые или нынешние положения доктрины более не являются ориентиром для его действий, а от развязывания войны Кремль удерживают лишь соображения практичности.
Стратегическая и тактическая линии Кремля в отношении США рассчитываются из того, что мы являемся для Кремля основной преградой на пути к мировому господству. Мы также являемся и единственной державой, способной мобилизовать силы в свободном и даже советском мире, способные уничтожить Кремль. В результате кремлевский курс по отношению к нам формируется из крайне опасного смешения страха и ненависти. Поэтому стратегия Кремля — это попытка ослабить силу, на которой основано наше могущество, как в нашей стране, так и в остальном свободном мире. Здесь Кремль твердо следует своей доктрине, пытаясь максимизировать результат при минимальных рисках и предпринимаемых при этом усилиях. Нынешнее применение этой стратегии является новой формой выражения традиционной русской осторожности. Вместе с тем советская теория и практика не дают оснований полагать, что если Кремль будет убежден в своей способности разгромить нас одним массированным ударом, то он не прибегнет к этому решению.
Оценивая потенциал советского мира, следует прежде всего учесть, что в отличие от США он реализуется максимально. Советская система способна производить больше при меньших затратах по сравнению с нашей. Это связано с тем, что уровень жизни в соцстранах ниже, функционирование экономики обеспечивается меньшими затратами, а военная машина способна эффективно действовать при меньшем техническом обеспечении и меньшем уровне организации.
Возможности советской системы реализуются в полном объеме, так как кремлевская система является крайне воинственной. Высокий уровень милитаризма объясняется тем, что Советский Союз контролирует революционное мировое движение и одержим им. Кроме того, СССР является наследником российского империализма и представляет собой тоталитарную диктатуру. Сущность воинственности Кремля составляет постоянный кризис, конфликт и экспансионизм. Все это способствует укреплению советской мощи.
Сила Кремля опирается на поддержку огромных организаций — Коммунистической партии и секретных служб. В рамках партии действует организация, призванная обеспечить идеологическую однообразность собственного народа на собственной территории, а за ее пределами действовать с помощью пропаганды, диверсии и шпионажа. В структуре правоохранительного аппарата также предусмотрен внутренний репрессивный механизм, гарантирующий безопасность кремлевского режима. Результат деятельности этих двух организаций, проводящих как открытую, так и тайную работу публично или через отдельных агентов, не имеет аналогов в истории. В совокупности партия, секретные службы и мощь советской военной машины создают общее впечатление несокрушимости советской власти среди огромного количества людей свободного мира.
Идеологические претензии Кремля являются еще одним источником его силы. Отождествление советской системы с коммунизмом, мирные кампании и борьба за интересы колонизированных народов воспринимаются народами, уже попавшими под влияние советской системы, с апатией, если не с цинизмом, однако эти идеи могут находить понимание и поддержку среди уязвимых слоев свободного общества. Наиболее благодатной почвой для этих идей оказалась Азия. Особое впечатление произвела преподнесенная им история гигантского прогресса СССР от отсталого общества до позиций великой мировой державы. Таким образом, претендуя на статус (а) источника новой мировой идеологии и (б) развитого общества, Кремль цинично отождествляет себя с надеждами большого количества людей по всему миру, а также делает из себя их защитника со всеми вытекающими из этого выгодами.
Кроме того, следует также учитывать ряд возможностей, которые, строго говоря, не являются институциональными или идеологическими. Необычная гибкость советской тактики, безусловно, также является источником силы Кремля. А источником этой гибкости в свою очередь является крайняя аморальность и меркантильность советского политического курса. Добавляя к подобной гибкости конспиративность, Кремль получает возможность действовать скрыто и быстро, не сужая при этом тактического пространства.
Ахиллесова пята Кремля — схема его отношений с советским народом.
Неотъемлемыми чертами этих отношений являются подозрительность, страх и обвинения. В этих отношениях Кремль использует сложный механизм принуждения, причем причиной, по которой Кремль его применяет, является не только его желание обрести власть, но и просто выжить. Монолитность советского общества сохраняется не из-за его внутренней сплоченности, а благодаря железному занавесу вокруг и железным решеткам внутри. Ранее не было случаев, чтобы какая-либо внешняя сила бросала вызов этим искусственным механизмам поддержания единства. Следовательно, степень их уязвимости пока неизвестна.
Кроме того, слабым местом политики Кремля являются также его отношения с государствами-сателлитами и их населением. Национализм по-прежнему остается самой мощной эмоционально-политической силой. Известные изъяны колониализма дополняются еще и тем, что Кремль требует от своих сателлитов не только при знания имперской власти Москвы, но также веры в идеологическое превосходство и непогрешимость Кремля. Исполнение подобных требований возможно только при чрезвычайно высокой степени подчиненности. В результате при первой же возможности получить независимость, как это было в случае Тито, государство-сателлит, скорее всего, попытается отделиться от Кремля.
Советские идеи и методы их реализации противоречат лучшим и, возможно, самым сильным инстинктам человека и отвергают их самые главные устремления. Однако противостояние противнику, способному эффективно защищать конструктивные и многообещающие инстинкты людей и реализовывать их главные устремления, скорее всего, оказалось бы для советской системы фатальным.
Еще одной проблемой для Кремля является преемник Сталина. В системе, где верховную власть получают и удерживают с помощью насилия и запугивания, переход власти из одних рук в другие может вызвать нестабильность.
Можно сказать, что Кремль в прямом смысле является заложником выбранного курса, так как этот курс может превратиться в еще одно слабое место в случае, если его не удастся реализовать или если в будущем его реализация столкнется с трудностями в лице сил, способных оказать серьезное ответное давление. Вместе с тем Кремль не в состоянии разрядить кризис и снизить степень своей мобилизации — в этом случае он лишится присущего ему динамизма развития, что приведет к началу процесса распада советской системы изнутри.
Кремль, безусловно, осведомлен о своих слабых местах. Он, вероятно, знает, что они имеют второстепенное значение в нынешней ситуации, сложившейся в мире. Пока инициатива остается в руках Кремля, пока он продолжает наступать, не встречая должного отпора со стороны явно превосходящей его в моральном и материальном отношении силы, воспользоваться его слабыми местами не представляется возможным, кроме того, их еще и скрывают успехи Кремля. Проржавевшая изнутри система до сих пор не давала Кремлю поводов для паники и изменения курса своей политики.
Б. Экономические
Все экономические стремления СССР диктуются их общим политическим курсом. Развитие экономики советского мира не является конечной целью Кремля; экономическая политика ограничивается использованием экономических процессов для обеспечения общей мощи, в частности для повышения военно-промышленного потенциала советской системы. Материальное благополучие общества в тоталитарном государстве серьезно зависит от интересов системы.
Что касается экономического потенциала, то, даже принимая во внимание оптимистические советские данные, экономическая мощь СССР составляет примерно четверть от показателей США. Это находит отражение не только в объеме валового национального продукта (по сост. на 1949 год: СССР — 65 млрд долларов, США — 250 млрд долларов), но и в производстве основных продуктов в 1949 году:
Можно предположить, что СССР и в дальнейшем будет придерживаться своей политики. В то время как США, вероятно, оставят за собой существенное преимущество, Советский Союз будет неуклонно сокращать отставание от американской экономики, продолжая уделять большее, чем США, внимание капиталовложениям.
Однако целенаправленные шаги со стороны США могут изменить эту тенденцию. В настоящее время СССР практически исчерпал свою производственную базу. Что бы ни предпринимала Москва, ее усилия могут лишь не значительно изменить темпы роста общего производства. США, с другой стороны, имеют возможность осуществить резкий рывок вперед. Тем не менее следует признать, что, в то время как Советский Союз практически полностью мобилизован, США лишь начинают концентрировать свои силы и превосходящие возможности США не могут быть использованы в этой борьбе. Кроме того, по крайней мере в мирное время тоталитарный режим в состоянии сконцентрировать свои усилия на конкретном проекте намного более эффективно, нежели демократическое государство, примером чему может служить овладение СССР атомной бомбой.
В других областях — конкурентоспособных общих технологиях, квалифицированных рабочих ресурсах, удельной производительности труда и т. д. — разрыв между показателями СССР и США в целом соответствует разрыву в сфере производства. Однако в области научных исследований преимущество США не совсем ясно, особенно учитывая тот факт, что Кремль может использовать в своих интересах труд талантливых европейских ученых.
В. Военные
Советский Союз наращивает свою военную мощь с тем, чтобы обеспечить реализацию плана мирового господства. СССР обладает вооруженными силами, значительно превосходящими те, которые ему в действительности необходимы для защиты своей территории. Возможно, в настоящее время в Кремле не считают, что этих сил достаточно для начала войны, в которую будут вовлечены Соединенные Штаты. В мирное время эта избыточная военная сила в сочетании с ядерным оружием является мощным средством принуждения, которое позволяет Советскому Союзу реализовывать свои планы и выступает в качестве сдерживающего фактора, который не позволяет объектам агрессии СССР пытаться применять силу.
По оценкам Объединенного комитета начальников штабов, в случае начала крупномасштабной войны в 1950 году Советский Союз и его сателлиты будут в состоянии достаточно высокой степени готовности, чтобы немедленно начать и осуществить следующие кампании:
а. Захватить Западную Европу, возможно за исключением Пиренейского и Скандинавского полуостровов; продвинуться к богатым нефтью районам Ближнего Востока, а также закрепить коммунистические завоевания на Дальнем Востоке.
б. Начать военно-воздушные операции на Британских островах и нанести удары с воздуха и моря по коммуникациям западных держав в Атлантическом и Тихом океанах.
в. Атаковать с использованием атомного оружия избранные цели, включая вероятные атаки по целям на Аляске, в Канаде и Соединенных Штатах. Кроме того, данная возможность в совокупности с другими возможностями Советского Союза может не позволить нам использовать Великобританию в качестве плацдарма для про ведения военных операций вооруженными силами западных стран. Это также сделает невозможными союзнические операции по высадке морского десанта (типа «Нормандия»), направленные на возвращение европейского континента.
После того как Советский Союз завершит начальную стадию кампании и укрепит свои позиции в западноевропейском регионе, он будет в состоянии одновременно провести:
а. Полномасштабные военно-воздушные и ограниченные военно-морские операции против Британских островов.
б. Вторжение на Пиренейский и Скандинавский полуострова. Дальнейшие операции на Ближнем Востоке, продолжительные военно-воздушные операции против североамериканского континента, а также военно-воздушные и военно-морские операции против коммуникаций в Атлантическом и Тихом океанах.
г. Отвлекающие операции в других регионах.
В ходе наступательных операций, перечисленных во втором и третьем параграфах, Советский Союз будет обладать возможностью обеспечить противовоздушную оборону ключевых районов своей территории и территории сателлитов, хотя это и не сможет предотвратить военновоздушные операции союзников в этих районах.
Неизвестно, обладает ли Советский Союз военными резервами и запасами оружия, достаточными для обеспечения армий своих сателлитов или даже своих собственных сил в случае затяжной войны. Кроме того, с учетом возможного перехода сателлитов СССР на нашу сторону полное обеспечение их армий может и не входить в планы Советского Союза.
На данный момент невозможно дать точную оценку ущерба, нанесенного Советскому Союзу вследствие вступления в силу Закона об экономическом сотрудничестве (от 1948 года) с поправками, а также Закона о взаимной помощи в обороне (от 1949 года). По мере более широкого применения положений данных законов следует ожидать улучшения ситуации с внутренней безопасностью в странах-реципиентах. Кроме того, сильные военные позиции Соединенных Штатов в совокупности с наращиванием военного потенциала государствами Западной Европы должны укрепить решимость стран-реципиентов противостоять советским действиям, а в случае войны могут рассматриваться в качестве силы, способной замедлить продвижение советских войск по Западной Европе. Однако, хотя поддержка Соединенных Штатов укрепит решимость этих стран, наращивание вооружения по существующим программам помощи не будет иметь каких-либо значимых последствий вплоть до 1952 года. Если военная мощь западноевропейских стран не будет наращиваться более быстрыми темпами, нежели предусмотрено существующими программами, эти государства, вероятнее всего, не смогут сколько-нибудь эффективно противостоять СССР в войне даже к 1960 году. С учетом военного потенциала Советского Союза долгосрочная военная политика союзников в Западной Европе должна предусматривать наращивание военной мощи в данном регионе. Союзники должны обладать силами, способными удержать Советский Союз от развязывания крупномасштабной войны либо как минимум оттянуть захват Западной Европы и по возможности создать на континенте плацдарм для противостояния наступательным операциям Советов.
Мы точно не знаем, каков атомный потенциал СССР, однако согласно оценкам Центрального разведывательного управления, которые совпадают с данными Государственного департамента, армейских, военно-морских, военно-воздушных ведомств, а также с данными Комиссии по атомной энергии, Советский Союз располагает производственными мощностями, которые позволяют ему иметь запасы ядерного оружия в следующих пределах:
к середине 1950 года — 10 — 20;
1951 года — 25 — 45;
1952 года — 45 — 90;
1953 года -70 — 135;
1954 года — 200.
Стоит отметить, что данные оценки основаны на неполном исследовании деятельности Советов в данном направлении; в расчет принимались лишь известные или предполагаемые производственные мощности советских заводов. Если в СССР существуют другие заводы (чего нельзя исключать), то приведенные выше оценки могут сформировать у нас чувство превосходства, строящееся на количестве атомных запасов, которое в реальности может оказаться опасным заблуждением и не позволить нам просчитать время начала возможного советского наступления. С другой стороны, если Советский Союз испытывает сложности оперативного плана, то эта оценка является завышенной. Однако стоит отметить, что некоторые данные указывают на то, что Советский Союз получил некоторые материалы, необходимые для разработки термоядерного оружия.
Авиационная техника, имеющаяся в распоряжении СССР, пригодна для доставки атомной бомбы. Данные нашей разведки указывают на то, что Советский Союз имеет необходимое количество атомных бомбардировщиков для доставки уже имеющихся атомных бомб. В настоящее время мы не располагаем данными по советским показателям точности доставки в цель. Считается, что СССР не в состоянии обеспечить точность доставки своих бомб в цель, сравнимую с нашей, однако согласно приблизительным расчетам точность их бомбометания составляет 40 — 60 процентов от количества сброшенных бомб. Таким образом, можно рассчитать, что время, к которому Советы будут располагать запасом в 200 атомных бомб, окажется критическим для Соединенных Штатов, так как попадание 100 атомных бомб по целям в Соединенных Штатах нанесет ощутимый урон нашей стране.
На данный момент Советский Союз располагает значительным запасом атомного оружия. Если предположить, что он нанесет сильный неожиданный удар и при этом его ядерная атака не будет встречена более эффективной обороной, чем та, создание которой планируется США и их союзниками, то последствия такого нападения могут включать:
а. Опустошение Британских островов, что лишит западные державы возможности использовать их в качестве базы.
б. Разрушение жизненно важных центров и коммуникаций на территории Западной Европы, что затруднит эффективную оборону западных держав.
в. Нанесение разрушительных ударов по жизненно важным центрам Соединенных Штатов и Канады.
Обладание Советским Союзом термоядерным оружием вдобавок к уже имеющемуся значительному запасу атомного оружия приведет к несравненно большему ущербу.
В этом десятилетии оборонный потенциал Советского Союза, вероятно, будет усиливаться, в частности за счет разработки и использования средств современной авиации, противовоздушной обороны и коммуникаций, а также управляемых зенитных ракет.

VI. РЕАЛЬНЫЕ И ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ НАМЕРЕНИЯ И ВОЗМОЖНОСТИ США

А. Политические и психологические
Наш нынешний политический курс направлен на формирование международного окружения, в котором американская система в состоянии выжить и процветать. Следовательно, он отвергает концепцию изоляции и подчеркивает необходимость нашего активного участия в жизни международного сообщества.
Этот основной курс состоит из двух стратегических линий.
К осуществлению одной из них мы бы стремились даже в случае отсутствия советской угрозы. Речь идет о наших усилиях по формированию процветающего международного сообщества. Вторая составляющая — политика, направленная на «сдерживание» советской системы. Обе линии тесно связаны друг с другом и влияют друг на друга. Тем не менее между ними проходит четкая граница, наличие которой способствует лучшему пониманию наших целей.
Формирование процветающего международного сообщества является долгосрочным проектом. Именно эта линия нашла свое отражение в нашей решительной поддержке Организации Объединенных Наций. Она, безусловно, является главным посылом для наших усилий по созданию, а теперь и по развитию межамериканской системы взаимоотношений. Она, равно как и политика сдерживания, является теоретической базой наших усилий по восстановлению Западной Европы. Кроме того, этот курс объясняет значительную часть нашей международной экономической деятельности.
В поляризованном мире стратегии развития процветающего международного сообщества необходимы в первую очередь для укрепления наших собственных позиций. Что касается политики сдерживания, то под ней мы подразумеваем меры, направленные на то, чтобы (1) не допустить дальнейшей экспансии советской власти, (2) разоблачить реальные намерения СССР, (3) вынудить Кремль отказаться от попыток установления повсеместного контроля и (4) способствовать разрушению советской системы изнутри, чтобы Кремль по крайней мере изменил свое поведение на соответствующее общепринятым международным стандартам. Здесь стоит подчеркнуть, что, пытаясь осуществить вышеизложенное, мы можем действовать на грани войны, но мы не должны стремиться ее развязать.
Стержнем данной политики был и остается курс на обеспечение превосходства в мощи нашей страны в отдельности либо находящейся в зависимости от нас группы государств-единомышленников.
Одним из самых важных аспектов власти является военная сила. Концепция сдерживания выделяет две причины, по которым необходимо обеспечивать наличие сильных вооруженных сил: (1) максимальная гарантия нашей национальной безопасности и (2) собственно само осуществление политики сдерживания. Без превосходства в военной силе, которая может быть быстро мобилизована, политика сдерживания, которая по своему существу является политикой рассчитанного и постепенного обуздания — не более чем политика пустых угроз.
В то же время для успешного проведения политики сдерживания крайне важно всегда оставлять возможность переговоров с Советским Союзом. Замораживание дипломатических отношений — то, с чем мы сейчас столкнулись, — чревато провалом основных задач «сдерживания», так как обострение ситуации не способствует корректировке Кремлем выбранного курса и, следовательно, не приводит к смягчению им своей политики. Это также сковывает наши возможности и лишает нас морального преимущества в борьбе с советской системой.
При осуществлении политики сдерживания следует стараться не оказывать на СССР давление способами, которые бросают ему открытый вызов. Кроме того, следует оставить Кремлю пути отступления, использование которых не нанесет существенного урона престижу этой страны. Наша стратегия должна обеспечивать нам выгодные политические позиции на случай, если Кремль не уступит и не воспользуется оставленными ему путями к отступлению.
Однако нам не удалось должным образом реализовать вышеуказанные принципы политики сдерживания. Наша военная мощь уменьшалась пропорционально росту советской. Частично из-за этого, частично ввиду других причин наши дипломатические отношения с СССР зашли в тупик; поведение Кремля становится более дерзким, а настроения в руководстве обеих стран — более мрачными. Все это заставляет нас делать сложный выбор. Анализируя собственный потенциал, следует прежде всего задаться вопросом — каково его конечное назначение? Отвечая на этот вопрос, нельзя отталкиваться исключительно от необходимости противостояния кремлевскому плану, так как наш потенциал должен также помочь нам достичь главной цели и способствовать созданию международной обстановки, в которой наше свободное общество могло бы существовать и процветать.
В принципе мы располагаем подобным потенциалом. Известно, что он имеется в экономическом, военном, политическом, а также психологическом плане. Большая часть американского народа уверена в том, что система ценностей, лежащая в основе нашего общества, — принципы свободы, терпимости, ценности личности, а также верховенство разума над волей — верна и более жизнестойка, нежели идеология, обеспечивающая развитие советской системы. Это означает, что наша система ценностей способна привлечь внимание миллионов людей, пытающихся найти убежище от тревог, тягот и незащищенности в авторитаризме.
Наша демократическая система также способна сплачивать. Сплоченность нашего общества по сравнению с советским на порядок выше, так как единство советского общества искусственно поддерживается с помощью применения силы и запугивания. Единодушие нашего общества имеет под собой прочную основу, что в свою очередь означает, что по сравнению с СССР вероятность революции в CША ничтожно мала. Наши возможности являются серьезной опорой для нашей внешней политики. Подтверждая приверженность нашей системе ценностей на практике, мы сможем показать силу этой системы внешнему миру. При сущая нашему мировоззрению толерантность, наши благородные и конструктивные побуждения, отсутствие алчных интересов во внешней политике являются залогом того, что мировое сообщество будет прислушиваться именно к нам.

Страницы: 1 2 3 4

Обсуждение закрыто.