Возникновение римского государства

Опубликовано в Январь 22nd, 2012 in Древний Рим от admin

ХРЕСТОМАТИЯ ПО ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО МИРА

ТОМ 3. ДРЕВНИЙ РИМ
ВОЗНИКНОВЕНИЕ РИМСКОГО ГОСУДАРСТВА. ЭПОХА РАННЕЙ РЕСПУБЛИКИ
Древний Рим, одно из могущественнейших рабовладельческих государств Средиземноморского мира, прошел длительный и сложный путь развития на протяжении своего существования. Вопрос о том, какие причины способствовали возвышению Рима, интересовал историков, начиная с древнейших времен. Античные авторы Страбон и Полибий искали объяснения могущества Рима в его выгодном географическом положении (документ № 1, 2). Характеристику древнейшего, «дорийского» населения Италии и в первую очередь этрусков дает материал, сообщаемый Дионисием Галикарнасским (док. № 3). В дополнение к литературным источникам важно привлечь и данные археологии, воссоздающие яркие картины жизни и быта этрусков, начиная с их появления в Италии (в VIII в. до н.э.). К. Маркс подчеркивает общие черты развития этрусков с другими народами древности: «В колоссальном масштабе действие простой кооперации обнаруживается в тех гигантских сооружениях, которые были воздвигнуты древними азиатскими народами, египтянами, этрусками и т. д.» (К. Маркс, Капитал, т. I, 1951, стр. 340).
Литературные данные о возникновении Рима легендарны и противоречивы. Это отмечают сами античные авторы. Так, например, Дионисий Галикарнасский (док. № 4) говорит, что «существует много разногласий как по вопросу о времени основания города Рима, так и о личности его основателя». Наиболее распространена была версия, которую приводит Ливий (док. № 5): основателем Рима был потомок троянца Энея, приехавшего в Италию.
События раннего периода истории Рима нужно изучать в свете указаний Ф. Энгельса к работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства». В том же плане должен быть освещен и вопрос о реформе Сервия Туллия, в результате которой осуществился переход от родового строя к государственной организации (док. № 6). Через всю эпоху ранней республики красной нитью проходит борьба богатых и бедных, полноправных и бесправных, патрициев и плебеев; об этом сообщают нам источники с самых ранних времен существования Римского государства.
Об успехах плебеев в этой борьбе свидетельствует, например, учреждение должностей народных трибунов для охраны их (плебеев) интересов (док. № 7).
Законопроект Спурия Кассия предлагал для улучшения положения плебеев разделить между ними все земли, приобретенные римлянами во время войн.
Древнейшим эпиграфическим памятником римской истории являются законы XII таблиц (док. № 8). Появление подобного законодательства также свидетельствует о некоторых успехах плебеев в борьбе с патрициями. Надо учитывать, что наши сведения о законах XII таблиц не точны и иногда искажены при передаче их позднейшими авторами. Основная часть статей кодекса посвящена охране собственности. Тяжелым наказаниям подвергаются должники. Отец семьи пользуется правом неограниченного владыки, он может продавать своих детей в рабство. По законам XII таблиц собственность охраняется римским законом. За кражу по этим законам полагается большой штраф и даже смертная казнь. Узаконен был обряд приобретения собственности – манципация. Специальная глава в законах XII таблиц посвящена вопросу о наследовании. Значительным успехом плебеев в борьбе с патрициями было то, что по законам Лициния и Секстия один из консулов должен был избираться из плебеев.
События внутренней истории раннего Рима необходимо излагать в тесной связи с его агрессивной внешней политикой: борьбой с этрусками, войнами с латинами, самнитами и другими народами. Римляне захватывают одни за другими земли, прилегающие к их владениям, в результате чего в первый период республики Рим из незначительного города Лация становится крупнейшим центром Италии.
Излагая историю ранней республики, следует учитывать, что наши источники – Ливий, Плутарх и другие – не всегда достоверно передают события, излагают их тенденциозно, преувеличивая силы Римского государства. С этой точки зрения очень характерно тенденциозное описание Ливием событий в Кавдинском ущелье (док. № 9), когда римляне потерпели решительное поражение в борьбе с самнитами. После поражения в Кавдинском ущелье римская армия была реорганизована, и лишь с большим трудом римляне одержали победу над самнитами уже значительно позднее, в третьей самнитской войне.
Краткий очерк политики Рима в эту эпоху дает Полибий (док. № 10). Завоевав земли, принадлежавшие самнитам, римляне оказались непосредственными соседями южноиталийских греческих городов и, в первую очередь, Тарента.
Южноиталийские города были колониями, выведенными в VII-VI вв. до н.э. греками; они упорно отстаивали свою государственную независимость. Важнейший из них, Тарент – колония, выведенная Спартой, – вступил в союз с эпирским царем Пирром для борьбы против Рима. Изложив события времен пирровой войны, нужно подчеркнуть, почему римлянам удалось победить, остановиться на римской военной тактике и экспедиции Пирра, которая была, по существу, авантюрой. Завершением войны с Пирром закончился первый период завоеваний Рима – покорение Италии.
№ 1. ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ИТАЛИИ
(Страбон, География, II, 5, 27; IV, 4, 1)
Страбон, уроженец Амасии Понтийской, родился в середине 60-х годов до н.э., умер в 24 г. н.э. Происходил из богатой семьи и получил хорошее образование – он изучал философию Аристотеля и стоиков. Большое внимание посвятил знакомству с историей и географией. Страбон много путешествовал, предпринял ряд экспедиций: на запад – до Сардинии и на юг – до границ Эфиопии. Он хорошо изучил географические условия и быт народов Малой Азии, Греции и Италии. Со времени установления принципата Страбон переехал в Рим, где и прожил до конца своей жизни. В 24 г. до н.э. Страбон посетил Египет, который изъездил от дельты Нила вплоть до его южной границы.
Сочинение Страбона «География» состоит из 17 книг. Там содержится большое количество сведений не только по географии, но и по истории Рима. Страбона называют отцом исторической географии. В его сочинениях критически используются труды предшественников и в первую очередь Эратосфена.
Материал «Географии» Страбона подразделяется по территориальному принципу. Книги 3-10 – Европа (3 – Иберия, 4 – Галлия, 5 и 6 – Италия, 7 – Север и Восток, 8, 9, 10 – Эллада), 11-16 – Азия, 17 – Африка.
Большое внимание уделяет Страбон описанию нравов и обычаев народов. Для нас особенно ценны сведения, которые сообщает Страбон о Северном Причерноморье – о природных условиях и населении, в частности племенах роксолан, скифов и др. Большую ценность представляют и данные Страбона по истории Северного Причерноморья, о чем мы часто не находим ни слова у других античных историков.
Страбон является также автором исторического труда в шести книгах, из которого до нас дошли только отрывки.
Италия начинается paвнинами, которые расположены у подножья Альп и тянутся до Адриатического моря и прилегающих к нему местностей. За этими равнинами Италия представляет длинный, узкий и заканчивающийся мысами полуостров, во всю длину которого тянутся Апеннинские горы на семь тысяч стадий . Ширина их не везде одинакова. Полуостровом делают Италию моря: Тирренское, Авзонское и Адриатическое.
Теперь обозначим самые важные условия, благодаря которым римляне в настоящее время поднялись до такой высоты. Первое из этих условий состоит в том, что Италия, наподобие острова, окружена, как верною оградою, морями, за исключением только немногих частей, которые в свою очередь защищены трудно проходимыми горами. Второе условие то, что хотя большая часть ее берегов не имеет гаваней, зато существующие гавани обширны и весьма удобны… В-третьих, Италия расположена в различных климатических зонах, соответственно которым там имеются разнообразные животные, растения и вообще все необходимые для человека предметы. В длину Италия тянется большею частью от севера к югу; значительная по длине и по ширине Сицилия присоединяется к Италии, как часть ее… Почти во всю длину ее тянутся Апеннинские горы, имеющие по обеим сторонам равнины и плодоносные холмы, так что нет такой части Италии, на долю которой не выпадали бы удобства гор и равнины. Ко всему этому нужно прибавить большие размеры и множество рек и озер, а также во многих местах теплые и холодные источники, благодетельные для здоровья. Кроме того, имеется множество всякого рода металлов, строительного материала, пищи для человека и для домашних животных, так что невозможно выразить словами всего изобилия и высоких достоинств плодов, здесь произрастающих. Наконец, будучи расположена среди самых многочисленных народов Эллады и лучших частей Либии , она, с одной стороны, превосходит своими достоинствами и размерами окружающие ее страны, чем облегчается господство ее над ними; с другой стороны, благодаря близости к ним, она может с легкостью удерживать свою власть над этими областями.
Пер. Ф. Г. Мищенко.
№ 2. ОПИСАНИЕ ИТАЛИИ
(Полибий, II, 14, 15)
Полибий родился в Аркадии на рубеже III и II вв. до н.э., умер в 20-х годах II в. Происходил он из богатой семьи. В период борьбы Рима с Персеем он открыто придерживался антиримских позиций и после поражения последнего был отправлен в качестве заложника в Рим. За время пребывания в столице могущественного государства (Полибий прожил там с перерывами 16 лет), его политические взгляды значительно изменились. Он познакомился с представителями правящей верхушки римского общества и стал поклонником римского государственного строя.
В течение своей жизни Полибий много путешествовал, так как считал, что историк должен «больше доверять своим глазам, чем ушам». Он побывал в Африке и Испании – был очевидцем разрушения Карфагена и осады Нумавции, посетил Египет, Галлию, превосходно знал Грецию.
Основным трудом Полибия является «Всемирная история» в 40 книгах, кз которых целиком до нас дошло только 5 книг, некоторые сохранились в отрывках. Там излагаются события 264-146 гг. до н.э. Цель труда Полибия, по словам самого автора, показать, как и почему римляне подчинили своей власти большинство окружавших их племен и народов.
Идеальным политическим устройствам, по мнению Полибия, являлось сочетание аристократических, монархических и демократических начал – смешанная форма правления, осуществление которой нашло свое выражение в Римском государстве.
Преклонение Полибия перед мощью Рима настолько велико, что он оправдывает даже покорение им своей родины – Греции.
Полибий более критично относится к своим источникам, чем другие историки древности, в его сочинениях сравнительно мало легендарного. Благодаря этому, сведения Полибия о событиях средиземноморской истории конца III – начала II в. в большей части можно считать достоверными.
Вся Италия представляет подобие треугольника, одну сторону которого, обращенную к востоку, омывают Ионийское море и примыкающий к нему Адриатический залив, другую сторону, обращенную к югу и западу, омывают Сицилийское и Тирренское моря. Сближаясь между собою, стороны эти образуют в вершине южный мыс Италии, именуемый Кокинфом и разделяющий моря Ионийское и Сицилийское. Третью сторону, идущую на север по материку, образует во всю длину Альпийский хребет, который начинается от Массалии и земель, лежащих над Сардинским морем, и тянется непрерывно до наиболее углубленной части Адриатики; лишь на небольшом расстоянии от моря хребет оканчивается. Южный край названного хребта следует принимать как бы за основание треугольника; к югу от нее простираются равнины, занимающие самую крайнюю северную часть Италии, о которых и идет теперь речь; по плодородию и обширности они превосходят остальные известные нам равнины Европы. Общий наружный вид этих равнин – также треугольник; вершину его образует соединение так называемых Апеннинских и Альпийских гор недалеко от Сардинского моря над Массалией. На северной стороне равнины тянутся, как сказано выше, Альпы на две тысячи двести стадий, а вдоль южной стороны тянутся Апеннины на пространстве трех тысяч шестисот стадий. Линией основания всей фигуры служит побережье Адриатического залива; длина основания от города Сены до углубления залива более двух тысяч пятисот стадий, так что объем упомянутых выше равнин составляет немного меньше десяти тысяч стадий.
Нелегко перечислить все достоинства этой земли. Так, она изобилует хлебом в такой степени, что в наше время нередко сицилийский медимн пшеницы стоит четыре обола , медимн ячменя два обола, столько же стоит метрет вина; гречиха и просо родятся у них в невероятном изобилии. Как много растет желудей на этих равнинах в дубовых лесах, раскинутых на некотором расстоянии один от другого, всякий может заключить лучше всего из следующего: в Италии убивают огромное количество свиней частью для домашнего употребления, частью для продовольствия войск, и животных привозят главным образом с этих равнин. О дешевизне и обилии различных съестных припасов можно судить вернее всего по тому, что путешествующие в этой стране, заходя в таверну, не расспрашивают о стоимости отдельных предметов потребления, но платят столько, сколько возьмет хозяин с человека. Обыкновенно содержатели таверн, давая часто всего вдоволь, берут за это пол-асса, что составляет четвертую часть обола; лишь в редких случаях взимается более высокая плата. С обеих сторон Альп, как с той, которая обращена к реке Родану , так и с другой, спускающейся к названным выше равнинам, холмистые и низменные местности густо заселены: лежащие по направлению к Родану и к северу заняты галатами, которые называются трансальпинами, а обращенные к равнинам заселены таврисками, агонами и многими другими варварскими народами. Трансальпинами галаты называются не по своему происхождению, но по месту жительства, ибо слово trans значит «по ту сторону», и римляне называют трансальпинами тех галатов, которые живут по ту сторону Альп. Вершины гор вследствие скудности почвы и скопления на них вечных снегов совершенно необитаемы.
Пер. Ф. Г. Мищенко.
№ 3. ДРЕВНЕЙШЕЕ НАСЕЛЕНИЕ ИТАЛИИ
(Дионисий Галикарнасский, Римские древности, I, 26, 30)
Дошедшие до нас биографические данные о Дионисии Галикарнасском крайне скудны. Известно лишь, что он приехал в Рим в последний период гражданских войн и прожил там свыше 20 лет.
Сочинение, явившееся плодом всей его жизни, носит название «Римская древняя история» в 20 книгах. Она охватывает события с самых древнейших периодов существования Италии до начала пунических войн. От труда Дионисия сохранились лишь первые 9 книг, а остальные дошли до нас в отрывках. Дионисий старается доказать единое происхождение греков и римлян, чтобы, как он говорил, «таким образом сделать для греков более сносным их подчинение римлянам». Большое значение он придает управлению богов судьбами народов. Дионисий нередко переносит политическую атмосферу современной ему эпохи на ранний период истории Рима, поэтому данные его нужно воспринимать критически.
…Одни считают тирренцев исконными жителями Италии, другие считают их пришельцами. Про их название те, кто считает их туземным народом, говорят, что оно им дано от того вида укреплений, которые они первые из живущих в той стране стали у себя воздвигать: у тирренщев, как и у эллинов, окруженные стенами и хорошо прикрытые строения – башни – называются тирсами или тиррами; одни полагают, что их название дано им из-за того, что у них имеются такие постройки, подобно тому, как и мосинойки, живущие в Азии, названы так из-за того, что живут за высокими деревянными частоколами, словно в башнях, которые у них называются мосинами.
Другие, которые считают их переселенцами, говорят, что вождем переселенцев был Тиррен и что от него получили свое название и тирренцы. А сам он был по происхождению лидиец из земли, ранее называвшейся Меонией… У Атиса… родились два сына: Лид и Тиррен. Из них Лид, оставшийся на родине, унаследовал власть отца, и по его имени и земля стала называться Лидией; Тиррен же, став во главе уехавших для поселения, основал большую колонию в Италии и всем участникам предприятия присвоил название, происходящее от его имени.
Гелланик Лесбосский говорит, что тирренцев раньше называли пеласгами ; когда же они поселились в Италии, то приняли название, которое имели в его время… Пеласги были изгнаны эллинами, они оставили свои корабли у реки Спинеты в Ионическом заливе, захватили город Кротон на перешейке и, двинувшись оттуда, основали город, называемый теперь Тирсенией…
Мне же кажется, что ошибаются все, считающие тирренцев и пеласгов за один народ; что они могли заимствовать друг у друга название, не вызывает удивления, так как нечто подобное происходило и у некоторых других народов, как эллинских, так и варварских, как, например, у троянцев и фригийцев , живших поблизости друг от друга (ведь у многих народов происхождение считается общим, и такие народы отличаются между собой только по названию, а не по своей природе). Не меньше чем в других местах, где происходило смешение названий у народов, такое же явление наблюдалось и среди народов Италии. Было же такое время, когда эллины называли латинов, умбров и авзонов и многие другие народы тирренцами. Ведь продолжительное соседство народов делает затруднительным для отдаленных жителей их точное различение. Многие историки предполагали, что и город Рим – тирренский город. Я соглашаюсь с тем, что у народов происходит перемена названия, а потом перемена в образе жизни, но я не признаю, чтобы два народа могли обменяться своим происхождением; я опираюсь в данном случае на: то, что они при этом отличаются друг от друга во многих отношениях, особенно же речью, причем ни одна не сохраняет в себе никакого сходства с другой. «Ведь кротонцы, – как говорит Геродот , – не говорят на одном языке ни с кем из живущих по соседству с ними, ни пламийцы не имеют общего с ними языка. Ясно, что они принесли с собой особенности языка, переселяясь в эту страну, и оберегают свой язык». Разве покажется кому-нибудь удивительным, что кротонцы говорят на том же диалекте, как и плакийцы, живущие в Геллеспонте, раз те и другие первоначально были пеласгами, и что язык кротонцев не похож на язык тирренцев, живущих с ними в близком соседстве…
Опираясь на такое доказательство, я и думаю, что тирренцы и пеласги разные народы. Не думаю я также, что тирренцы выходцы из Лидии , ведь говорят они не на одинаковом языке, и даже нельзя про них сказать, что если они говорят и не на одинаковом языке, то все же сохраняют некоторые обороты речи родной земли. Они и сами полагают, что и боги у лидийцев не такие же, как у них, и законы, и образ жизни совсем неодинаковые, но во всем этом они больше отличаются от лидийцев, чем даже от пеласгов. Ближе к истине находятся те, кто утверждает, что это ни откуда не прибывший, но туземного происхождения народ, поскольку к тому же обнаруживается, что это очень древний народ, не имеющий ни общего языка, ни образа жизни с каким-либо другим племенем. Эллинам же ничто не мешает обозначать его таким названием как бы из-за постройки башен для жилья, или как бы по имени их родоначальника. Римляне же обозначают их другими названиями, а именно: по имени Этрурии , земли, в которой проживают, они и самих людей называют этрусками. А за их опыт в исполнении священ-нослужений в храмах, которым они отличаются от всех других народов, римляне называют их теперь менее понятным названием тусков, раньше же называли, уточняя это название по греческому его значению, тиосками (от греческого глагола – приношу жертву), сами же они себя называют точно так же (как и в других случаях) по имени одного из своих вождей расеннами…
Фила же пеласгов, которая не погибла, рассеялась по другим колониям и в небольшом числе из прежнего большого своего состава, смешавшись в политическом отношении с аборигенами, оставалась в тех местах, где со временем их потомки вместе с другими основали город Рим…
Пер. В. С. Соколова.
№ 4. ЛЕГЕНДА ОБ ОСНОВАНИИ РИМА
(Дионисий, Римские древности, I, 72-73)
Ввиду того, что существует много разногласий как по вопросу о времени основания (города Рима), так и о личности его основателя, я и сам думал, что совсем не нужно, чтобы, как это всеми признано, основатели его явились под видом враждебного нашествия. Очень древний историк Кефал Гергитий говорит, что город был основан вторым поколением после Троянской войны , людьми, спасшимися из Илиона вместе с Энеем , основателем же города называет предводителя колонии, Рома, который был одним из сыновей Энея. Он говорит, что у Энея родились четыре сына: Лежаний, Еврилеонт, Ромул и Рем. То же время и тот же основатель города указываются и Дематором, и Агатиллом, и некоторыми другими…
Хотя я мог бы указать еще много других греческих писателей, которые по-разному говорят об основателях города Рима, я, чтобы не показаться многословным, обращусь к римским историкам. Древних историков или логографов у римлян нет ни одного. Каждый (кто об этом писал) заимствовал что-нибудь из сказаний, сохранившихся от древности в священных таблицах. Некоторые из таких историков передают, что основатели города Ромул и Рем были сыновьями Энея, другие – что они были сыновьями дочери Энея, а от какого отца, не указывают. Они будто бы были даны Энеем в заложники царю аборигенов Латину, когда заключался договор дружбы между местными жителями и пришельцами. Латин приветливо их встретил и окружил всякими заботами, и так как он не имел потомства мужского пола, он сделал их после своей смерти наследниками части своего царства. Другие говорят, что после смерти Энея Асканий унаследовал все царство Латина и разделил его со своими братьями Ромулом и Ремом на три части. Сам он основал Альбу и некоторые другие города, Рем же дал названия Капуе по имени прародителя Каписа, Анхизе по имени деда Анхиза, Энейе, позднее названной Яникулом, по имени отца Энея; по своему же имени назвал город Рим. После того как некоторое время Рим оставался незаселенным, туда пришли еще другие колонисты, посланные из Альбы под предводительством Ромула и Рема, и захватили прежде основанный город. Первый раз этот город был основан вскоре после Троянской войны, а во второй раз на 15 поколений позже. Если же кто-нибудь захочет заглянуть глубже в прошлое, то обнаружится, что существовал еще третий Рим, раньше двух последующих, основанный до прибытия Энея и троянцев в Италию. И написано это не у какого-нибудь случайного историка, или из новых, а у Антиоха Сиракузского, о котором я упоминал и раньше. Он пишет, что когда в Италии царствовал Моргет (а Италией называлась тогда приморская земля от Тарента до Посейдонии), пришел к нему беглец из Рима. Именно он говорит: «Когда Итал состарился, воцарился Моргет; к нему пришел какой-то человек, беглец из Рима, по имени Сикел». Согласно этому Сиракузскому историку, обнаруживается, следовательно, какой-то древний Рим, существовавший еще раньше троянских времен. Однако находился ли он на том самом месте, на котором стоит великий город в настоящее время, или существовало какое-либо другое место с таким же названием, это он оставляет невыясненным, и я сам не могу этого разрешить.
Пер. В. С. Соколова.
№ 5. ЛЕГЕНДА ОБ ОСНОВАНИИ РИМА
(Тит Ливий, I, 3-7).
Тит Ливии – римский историк времен становления империи. Родился он в 59 г. до н. э в италийском городе Патавии (современная Падуя), умер в 17 г. н.э. Ливии является автором монументального труда в 142 книгах, который называется «Римская история от основания города» (то-есть Рима). Из этих книг дошло до нас лишь 35: с первой по десятую и с двадцать первой по сорок пятую. В первых десяти книгах содержатся события от основания Рима и до 293 г. до н.э., в книгах двадцать первой – сорок пятой – дается описание событий 218-168 гг. до н.э. Содержание остальных книг известно по кратким аннотациям, так называемым эпитомам, составленным в IV в. н.э. Труд Ливия оказал значительное влияние на всю последующую римскую историографию и имел много подражателей.
По своим политическим взглядам Ливии в значительной мере являлся идеологом правящих классов времен принципата. Лозунг Pax Romana (римский мир), официально провозглашенный Августом, получил в его «Римской истории» широкое отражение. Ценность первых десяти книг «Римской истории» сравнительно невелика, там имеется много фантастического, большое значение Ливий придает приметам, предсказаниям оракулов и пр. Более достоверны сведения, сообщаемые им в книгах двадцать первой – сорок пятой, где дается описание пунических войн и международной обстановки того времени.
На все сочинение Ливия наложила отпечаток тенденция, с которой оно было написано: в предисловии говорится, что целью труда является описание тех качеств и достоинств римского народа, которые помогли ему достичь такой силы и могущества. Благодаря этой «романоцентристской» позиции из поля зрения автора выпадает большое количество событий, имевших важное значение в истории Средиземноморья.
Очень часто в сочинениях Ливия проглядывают политические взгляды тех историков, произведениями которых он пользовался совершенно некритически. Все эти замечания необходимо учитывать, пользуясь «Римской историей» Тита Ливия как историческим источником.
Сын Энея Асканий не достиг еще того возраста, чтобы вступить во власть, но эта власть благополучно сохранилась за ним до периода его возмужалости; в течение такого продолжитель ного времени латинское государство, царство его деда и отца, уцелело у мальчика благодаря женской охране – такой способной женщиной была мать Аскания Лавиния. Этот-то Асканий вследствие избытка населения в городе Лавинии, названном так его отцом в честь жены, предоставил своей матери цветущий по тогдашнему времени и богатый город, а сам основал у подошвы Албанской горы новый, который назвал Длинной (Лонга) Альбой, так как он по своему положению растянулся по горному хребту. Между основанием Лавинии и колонии Альбы Лонги прошло почти тридцать лет, когда могущество государства возросло до того, что ни после смерти Энея, ни во время правления женщины, ни даже в первые годы царствования юноши ни вождь этрусков Мезенций, ни другие соседи не рискнули поднять оружия. По мирному договору границей между этрусками и латинянами стала река Альбула, именуемая теперь Тибром.
Затем царствовал сын Аскания Сильвий, названный так потому, что родился в лесу. У него был сын Эней Сильвий, а у этого – Латин Сильвий. Он основал несколько колоний. По его имени получили свое название древние латиняне. Затем за всеми царями Альбы осталось прозвище Сильвиев. Далее, после ряда других царей, правил Прока. У него были сыновья Нумитор и Амулий. Старинное царство Сильвиев завещано было Нумитору, как старшему сыну. Но сила оказалась выше воли отца и права старшинства: прогнав брата, воцарился Амулий; к одному злодеянию он присоединил другое, умертвив сына брата; дочь же брата – Рею Сильвию – он лишил надежды на потомство, сделав ее под видом почести весталкой.
Но, я полагаю, столь сильный город и государство, уступающее лишь могуществу богов, обязано было своим возникновением предопределению судьбы. Когда весталка родила близнецов, она объявила отцом этого безвестного потомства бога войны Марса или потому, что верила в это, или потому, что считала более почетным выставить бога виновником своего преступления. Однако ни боги, ни люди не в силах были защитить ее и детей от жестокости царя: жрица в оковах была ввергнута в тюрьму, а детей приказано было выбросить в реку. Но случайно, или по воле богов, Тибр выступил из берегов и образовал спокойно стоящую воду, так что нигде нельзя было подойти к настоящему руслу его; вместе с тем посланные надеялись, что дети потонут даже и в такой воде. Итак, считая себя исполнившими повеление царя, они выбросили детей в ближайшую лужу, где теперь находится Руминальская смоковница (говорят, что она называлась Ромуловой). В тех местах была тогда обширная пустыня. Существует предание, что когда плавающее корыто, в котором были выброшены мальчики, после спада воды осталось на сухом месте, волчица, шедшая из окрестных гор напиться, направилась на плач детей; она с такой кротостью стала кормить их грудью, что главный царский пастух, по имени Фаустул, нашел ее лижущей детей. Он принес их домой и отдал на воспитание жене своей Ларенции. Так родились они и так воспитались; когда же подросли, то, не оставаясь без дела в хижине пастуха или около стад, они, охотясь, бродили по лесам. Укрепившись среди таких занятий телом и духом, они не только преследовали зверей, но нападали и на разбойников, обремененных добычею, делили награбленное ими среди пастухов и с этой со дня на день увеличивавшейся дружиной занимались и делом и шутками.
Уже в то время существовало празднество Луперкалий. Оно состояло в том, что нагие юноши состязались в беге, сопровождая шутками и весельем поклонение богу Пану. Этот праздник стал известным; и вот, когда Ромул и Рем предавались играм, разбойники, раздраженные потерею добычи, устроили им засаду; Ромул отбился, а Рем был захвачен и вдобавок представлен царю Амулию как обвиняемый. Главная их вина состояла в том, что они нападали на поля Нумитора и с шайкой юношей угоняли оттуда скот, точно неприятели. Вследствие этого Рем был передан Нумитору на казнь. Уже с самого начала Фаустул подозревал, что у него воспитываются царские дети; он знал, что они выброшены по повелению царя; совпадало и время, когда он нашел их; но, не уверившись окончательно, он не хотел открывать этого, разве выпадет случай или принудит необходимость. Необходимость явилась раньше. И вот, под влиянием страха он открывает все Ромулу. Случайно и у Нумитора, когда он содержал под стражею Рема и прослышал про братьев-близнецов, мелькнула мысль о внуках при сопоставлении их возраста и характера пленника, вовсе не похожего на раба. Путем расспросов он пришел к тому же результату и почти признал Рема. Таким образом царю со всех сторон куются козни. Ромул, не считая себя сильным для действия открытого, не нападает на царя с шайкой юношей, а приказывает каждому пастуху прибыть своей дорогой в определенное время к дворцу. Со стороны жилища Нумитора является на площадь Рем, приготовивший другой отряд.
Так они убивают царя. Нумитор в начале суматохи, заявляя, что неприятели вторглись в город и напали на дворец, отозвал альбанскую молодежь для защиты крепости; когда же увидал, что братья, умертвив царя, идут к нему с приветствием, он тотчас созывает собрание, выставляет на вид преступление брата против него, указывает на происхождение, рождение и воспитание внуков, говорит, как были узнаны, как непосредственно затем был убит тиран, и объявляет, что он виновник этого. Юноши, выступив затем на середину собрания, приветствовали деда царем, а последовавшие единодушные восклицания толпы закрепили за ним царское имя и власть. Предоставив таким образом Альбанское царство Нумитору, Ромул и Рем пожелали основать город в тех местах, где были найдены и воспитаны. К тому же альбанского и латинского населения был избыток; к ним присоединились пастухи, все это подавало надежду на то, что и Альба и Лавиний будут малы в сравнении с тем городом, который они собирались основать. Но к этим расчетам примешалось вредное влияние дедовского зла – страсти к царской власти, следствием чего был позорный бой, возникший из-за маловажного обстоятельства. Так как братья были близнецы и нельзя было решить дела на основании первенства по рождению, то Ромул избирает Палатинский, а Рем – Авентивский холм для гадания, чтобы боги, покровители тех мест, указали знамениями, кому дать имя городу и кому управлять им.
Рассказывают, что знамение – 6 коршунов – явилось ранее Рему, и оно уже было возвещено, когда Ромулу явилось их двойное число, и вот того и другого толпа приверженцев приветствовала царем: одни требовали царской власти для своего вождя, основываясь на преимуществе времени, другие – на числе птиц. Поднялась брань, а вызванное ею раздражение привело к драке, во время которой в свалке был убит Рем.
Более распространено, однако, предание, что Рем, смеясь над братом, перепрыгнул через стены нового города; разгневанный этим Ромул убил его, сказав: «Так будет со всяким, кто перепрыгнет через мои стены». Таким образом, Ромул один завладел царством, а город был назван именем основателя.
Пер. А. Клеванова.
№ 6. РЕФОРМА СЕРБИЯ ТУЛЛИЯ
(Дионисий, Римские древности, IV, 15-18)
Он (Сервий Туллий) приказал всем римлянам записаться и оценить свое имущество на серебро, скрепляя показания обычной клятвой, что сведения справедливы и что имущество оценено полностью и по самой высокой расценке, объявить, от какого отца кто происходит, указать свой возраст, назвать своих жен и детей и к какой филе города каждый приписан или к какому округу сельской местности. Тому, кто не даст такой оценки, он грозил лишением имущества, телесным наказанием и продажей в рабство. Закон этот просуществовал у римлян очень долгое время.
Когда все произвели оценку, он веял записи и, познакомившись с их большим числом и с величиной имущества, ввел наилучшее из всех политическое устройство, как это показала действительность, источник величайших благ для римлян. Это политическое устройство было таково: в первый разряд он выделил из общего числа тех, у кого была наибольшая оценка имущества, не менее как в сто мин [у каждого]. Разделив этих граждан на 80 центурий [лохов], он приказал им иметь полное вооружение: арголийские щиты, копья, медные шлемы, панцыри, поножи и мечи. Их он в свою очередь разделил на две части: 40 центурий он заполнил молодыми людьми, которым поручил военные действия в открытом поле, и 40 – более пожилыми людьми, которым надлежало, в случае ухода молодежи, оставаться в городе и, охранять его стены изнутри. Такав был первый разряд. На войне он занимал первые места в строю фаланги.
Далее, во второй разряд он выделил из остальных тех, у кого было имущества менее чем на десять тысяч драхм или не менее чем на семьдесят пять мин [у каждого]. Разделив их на 20 центурий, он приказал им иметь такое же вооружение, как и первым, только панцирей им не дал и вместо арголийских щитов дал им продолговатые четырехугольные щиты [scutum]. Выделив и среди них людей старше сорока пяти лет от людей призывного возраста, он образовал из них 10 центурий молодых воинов, которые должны были сражаться перед стенами города, и 10 центурий старшего возраста, которым он указал охранять стены. Таков был второй разряд, в строю они становились среди передовых бойцов.
Третий разряд он составил из тех, среди остальных, у которых было имущества менее чем на семь тысяч пятьсот драхм или не менее чем на пятьдесят мин [у каждого]. Вооружение этих центурий он уменьшил не только в отношении панцырей, которых не дал и второму разряду, но и в отношении поножий. Он разделил и этот разряд на 20 центурий и таким же образом, как и первые два разряда, распределил их по возрасту и предоставил 10 центурий молодым воинам и 10 центурий более пожилым. Место этих центурий в битве было позади командиров передовых бойцов.
Затем отобрав опять из оставшихся тех, кто имел имущества менее чем на пять драхм, но не менее чем на двадцать пять мин [у каждого], он образовал из них четвертый разряд. И их он разделил на 20 центурий, из которых 10 заполнил людьми в расцвете сил и 10 других более пожилыми, подобно тому как поступил с предыдущими разрядами. В качестве оружия он приказал им иметь продолговатые щиты, мечи и копья и занимать последнее место в строю.
Пятый разряд людей, имеющих имущества менее чем на двадцать пять мин, но не менее чем на двенадцать с половиной мин, он разделил на 30 центурий, но я их заполнил повозрастному признаку: 15 из этих центурий он предоставил пожилым людям и 15 – молодым. Им он предписал вооружиться метательными копьями и пращами и сражаться вне строя. Четырем центуриям, не имеющим никакого оружия, он предписал сопровождать вооруженных. Из этих четырех центурий две состояли из ружейников и плотников и других мастеров, изготовляющих все необходимое для военного дела; две других – из трубачей и горнистов и умеющих на других инструментах возглашать военные сигналы.
Центурии, составленные из ремесленников, сопровождали воинов из второго разряда, причем тоже были разделены по возрасту и одна центурия сопровождала молодых, а другая пожилых; трубачи же и горнисты находились при центуриях четвертого разряда. И из них одна центурия состояла из молодых, другая – из пожилых. Центурионы [лохаги], избиравшиеся из самых благородных, обучали каждый свою центурию исполнять все военные команды.
Таково было устройство пешего войска: фаланги и легковооруженных отрядов. Всю же конницу он [Сервий Туллий] составил из людей, имеющих наибольшее имущество в наиболее видных по своему происхождению. Он их разделил на 18 центурий и присоединил их к первым восьмидесяти центуриям фалангистов. Начальниками конных центурий [лохов] были тоже самые видные и знатные люди.
Всех же остальных граждан, имеющих имущества меньше чем на двенадцать с половиной мин, численностью превышавших всех выше названных, он поместил в одну центурию, освободил от военной службы и от уплаты налогов.
Всего центурий во всех разрядах вместе было 193. Первый класс составляли имеете с всадниками 98 центурий; второй класс – 22 центурии, считая две центурии ремесленников; третий класс – 20 центурий; четвертый – опять 22 центурии вместе с трубачами и горнистами; пятый же класс – 30 центурий; шестой класс, поставленный после всех, – всего одна центурия людей малоимущих.
Пер. В. С. Соколова.
№ 7. ПРОИСХОЖДЕНИЕ ТРИБУНАТА
(Тит Ливий, II, 23, 24, 27-33)
Грозила война с вольсками , а внутри самого государства шли раздоры, так как плебеи пылали ненавистью к патрициям главным образом из-за тех, кто шел в кабалу за долги. Недовольные между плебеями роптали, что, сражаясь за пределами родины в защиту свободы и власти, дома они находятся в плену и угнетении у сограждан, что свобода плебеев подвержена большей безопасности во время войны, чем во время мира, и больше среди врагов, чем среди сограждан. Эту ненависть, уже готовую прорваться, разожгло бедственное положение одного видного человека. Он в преклонных летах бросился на форум , указывая на знаки всех своих несчастий. Одежда его была покрыта грязью, еще более гнусный вид имело его тело, истощенное от бледности и худобы; сверх того, отросшие борода и волосы придавали его лицу дикий вид. Однако, несмотря на такое безобразие, его можно было узнать; говорили, что он был центурионом ; упоминали с состраданием и о других его военных отличиях; сам он показывал в нескольких местах рубцы на груди, свидетельствовавшие об его доблестных боях. На вопросы толпы, окружившей его наподобие народного собрания, откуда этот вид, откуда такое безобразие, он ответил, что, служа в Сабинскую войну , он задолжал, так как вследствие опустошения поля не только лишился урожаев, но дом его был подожжен, все было разграблено, скот был угнан; как раз в это тяжелое время на него была наложена военная подать. Выросший от процентов долг сначала лишил его отцовской и дедовской земли, потом остального имущества и, наконец, точно чахотка, добрался до тела; кредитор не только взял его в рабство, но посадил в подземелье и застенок. Затем он показал спину, обезображенную следами свежих ударов. Видя и слыша это, народ поднял сильный крик. Шум не ограничивается форумом, но раздается по всему городу. Должники в оковах и без оков со всех сторон бросаются на улицу, умоляя квиритов о защите. Везде находятся такие, кто охотно примыкает к восставшим; со всех сторон многочисленные толпы пo всем дорогам с криком бегут на форум. Те сенаторы, которые были тогда случайно на форуме, с большою опасностью для себя попали в эту толпу, и она дала бы волю рукам, если бы консулы Публий Сервилий и Аппий Клавдий не вмешались поспешно в дело подавления восстания. Но толпа, обратившись к ним, стала показывать свои оковы. Она говорила: вот награда за ее службу. Каждый с упреком говорил о своих ратных подвигах в различных местах. Скорее с угрозой, чем покорно, плебеи требуют созыва сената и окружают курию, желая сами собраться и руководить решением общественного собрания. Консулы с трудом нашли лишь очень немногих случайно подвернувшихся сенаторов; прочие побоялись показаться не только в курии, но даже и на форуме, и по малолюдству сенат не мог устроить никакого совещания. Тогда толпа решает, что над ней издеваются и умышленно затягивают дело, что отсутствующие сенаторы поступают так не случайно, не из страха, а из желания затормозить дело, что колеблются и сами консулы и, несомненно, несчастие народа служит только предметом насмешки. Дело было уже близко к тому, что даже и власть консула не могла обуздать раздраженной толпы, когда, наконец, собираются опоздавшие сенаторы, не зная, что рискованнее – медлить или идти. Когда курия уже наполнилась, то полного согласия не было не только между сенаторами, но и между самими консулами. Аппий, человек крутого нрава, полагал, что дело надо повести консульскою властью – схватить одного, другого, тогда остальные успокоятся; более склонный к мяшим мерам Сервилий полагал, что возбужденное настроение легче успокоить, чем переломить насильственно.
Пер. А. Клеванова.
№ 8. ЗАКОНЫ XII ТАБЛИЦ
Известный под именем «XII таблиц» (или, по более поздней терминологии, «Законов XII таблиц») памятник древнеримского права приписывается обыкновенно децемвирам и датируется 451-450 гг. до н.э. (Ливий, III, 34-37. Диодор, XII, 23-26). До наших дней он сохранился только в скудных, подчас очень темных по своему смыслу отрывках, которые мы находим у позднейших латинских авторов. Кроме того, нередки случаи, когда наши сведения о постановлениях, содержащихся в XII таблицах, ограничиваются сообщениями какого-либо писателя или юриста о том, что будто бы еще в этом памятнике предусматривалось регулирование в определенном направлении тех или иных социальных отношений; при этом точной цитаты этого постановления авторы обыкновенно не дают. Таким образом, у исследователя, занимавшегося восстановлением текста этого памятника, получался двоякого рода материал: с одной стороны, сохранившиеся в литературных источниках (далеко не безупречные с точки зрения полноты и точности) извлечения из этого так называемого «кодекса децемвиров», а с другой – глухие, порой, быть может, даже неправильно приписываемые XII таблицам сообщения о каких-то юридических нормах, которые действовали в раннюю эпоху Римской республики и которые впоследствии считалось небесполезным реставрировать для защиты интересов консервативных групп правящего класса позднего Рима. Такая двойственность материала вызвала необходимость выделения этой второй группы имевшихся в нашем распоряжении данных о памятнике; такого рода сообщения приводятся, с указанием их автора, в круглых скобках. Наряду с этим для уяснения смысла переводимого текста нам представлялось целесообразным отказаться от лаконизма, присущего памятнику, и дополнить некоторые постановления отдельными словами и даже целыми фразами. Такие дополнения введены в текст в квадратных скобках.
ТАБЛИЦА I
1. Если вызывают [кого-нибудь] на судоговорение, пусть [вызванный] идет. Если [он] не идет, пусть [тот, кто вызвал], подтвердит [свой вызов] три свидетелях, а потом ведет его насильно.
2. Если [вызванный] измышляет отговорки [для неявки] или пытается скрыться, пусть [тот, кто его вызвал] наложит на него руку.
3. Если [препятствием [для явки вызванного на судоговорение] будет его болезнь или старость, пусть [сделавший вызов] даст ему вьючное животное [jumentum]. Повозки [arcera], если не захочет, представлять не обязан .
4. Пусть поручителем [на судоговорении] за живущего своим хозяйством будет [только] тот, кто имеет свое хозяйство. За бесхозяйного гражданина поручителем будет тот, кто пожелает.
5. Nex… foreti, sanates .
6. На чем договорятся, о том пусть [истец] и просит [на судоговорении] .
7. Если [тяжущиеся стороны] не приходят к соглашению, пусть [они] до полудня сойдутся для тяжбы на форуме или на комиции . Пусть обе присутствующие стороны по очереди защищают [свое дело].
8. После полудня [магистрат] утвердит требование той стороны, которая присутствует [при судоговорении].
9. Если [на судоговорении] присутствуют обе стороны, пусть заход солнца будет крайним сроком [судоговорения].
ТАБЛИЦА II
1. (Гай, Институции, IV, 14: по искам в 1000 и более ассов взыскивался [в кассу понтификов] судебный залог [в сумме 500 асоов], по искам на меньшую сумму – 50 асоов, так было установлено законом XII таблиц. Если спор шел о свободе какого-нибудь человека, то хотя бы его цена была наивысшей, однако, тем же законом предписывалось, чтобы тяжба шла о залоге [за человека, свобода которого оспаривалась] [всего лишь] в размере 50 ассов).
2. Если одна иэ таких причин, как… тяжкая болезнь, или [совпадение дня судебного разбирательства] с днем, положенным для обвинения [кого-либо] в измене , [будет препятствовать] судье, третейскому посреднику ищи тяжущейся стороне [явиться на судебное разбирательство], то [таковое] должно быть перенесено на другой день.
3. Пусть [тяжущийся], которому недостает свидетельских показаний, идет к воротам дома [неявившегося на разбирательство свидетеля] и в течение трех дней во всеуслышание взывает [к нему].
ТАБЛИЦА III
1. Пусть будут [даны должнику] 30 льготных дней после признания [им] долга или после постановления [против него] судебного решения.
2. [По истечении указанного срока] пусть [истец] наложит руку [на должника]. Пусть ведет его на судоговорение [для исполнения решения].
3. Если [должник] не выполнил [добровольно] судебного решения и никто не освободил его от ответственности при судоговорении, пусть [истец] уведет его к себе и наложит на него колодки или оковы весом не менее, а, если пожелает, то и более 15 фунтов.
4. [Во время пребывания в заточении должник], если хочет, пусть кормится за свой собственный счет. Если же он не находится на своем содержании, то пусть [тот, кто держит его в заточении], выдает ему по фунту муки в день, а при желании может давать и больше.
5. (Авл Геллий, Аттические ночи, XX, 1, 46: Тем временем [пока должник находился в заточении] он имел право помириться [с истцом], но если [стороны] не мирились, то [такие должники] оставались в заточении 60 дней. В течение этого срока их три раза подряд в базарные дни приводили к претору на комиции и [при этом] объявлялась присужденная с них сумма денег. В третий базарный день они предавались смертной казни или поступали в продажу за границу, за Тибр ).
6. В третий базарный день пусть разрубят должника на части. Если отсекут больше или меньше, то пусть это не будет вменено им [в вину] .
7. Пусть сохраняет [свою] силу навеки иск против изменника .
ТАБЛИЦА IV
1. (Цицерон, О законах, III, 8, 19: …С такой же легкостью был лишен жизни, как по XII таблицам, младенец [отличавшийся] исключительным уродством).
2. Если отец трижды продаст сына, то пусть сын будет свободен [от власти] отца.
3. (Цицерон, Филиппики, II, 28, 69; [Пользуясь] постановлением XII таблиц, приказал своей жене взять принадлежащие ей вещи и, отняв [у нее] ключ, изгнал [ее]).
4. (Авл Геллий, Аттические ночи, III, 16, 12: Мне известно, что [когда] женщина… родила на одиннадцатом месяце после смерти мужа, то [из этого] возникло дело, будто бы она зачала после того, как умер ее муж, ибо децемвиры написали, что человек рождается на десятом, а не на одиннадцатом месяце.
ТАБЛИЦА V
1. (Гай, Институции, I, 144-145: Предки [наши] утверждали, что даже совершеннолетние женщины вследствие присущего им легкомыслия должны состоять под опекою… Исключение допускалось только для дев-весталок, которых древние римляне в уважение к их жреческому сану освобождали от опеки. Так было постановлено законом XII таблиц).
2. (Гай, Институции, II, 47: Законом XII таблиц было определено, что res mancipi , принадлежащие женщине, находившейся под опекою агнатов , не подлежали давности за исключением лишь того случая, когда сама женщина передавала эти вещи с согласия опекуна).
3. Как кто распорядится (на случай своей смерти относительно своего домашнего имущества или относительно опеки [над подвластными ему лицами], так пусть то и будет ненарушимым.
4. Если кто-нибудь, у кого нет подвластных ему лиц, умрет, не оставив распоряжений о наследнике, то пусть его хозяйство возьмет себе [его] ближайший агнат.
5. Если [у умершего] нет агнатов, пусть [оставшееся после него] хозяйство возьмут [его] сородичи.
6. (Гай, Институция, I, 155: По закону XII таблиц опекунами над лицами, которым не было назначено опекуна по завещанию, являются их агнаты).
7а. Если человек впал в безумие, то; пусть власть над ним самим и над его имуществом возьмут его агнаты или его сородичи.
76. (Ульпиан, I, 1, рт. Р., XXVII, 10: Согласие закону XII таблиц, расточителю воспрещалось управление принадлежащим ему имуществом.) (Ульпиан, Lib. sing, regularum XII 2: Закон XII таблиц повелевает безумному и расточителю, на имущество которых наложено запрещение, состоять на попечении их агнатов).
8а. (Ульпиан, Lib. sing, regularum, XXXX, 1: Закон XII таблиц передавал патрону наследство после римского гражданина из вольноотпущенников в том случае, если последний, не имея подвластных ему лиц, умирал, не оставив завещания).
86. (Ульпиан, I, 195, § 1, D., L. 16: Говоря [об отношениях между патроном и вольноотпущенником], закон [XII таблиц] указывает, что имущество вольноотпущенника переходит из той семьи в эту семью, [причем в данном случае] закон говорит [о семье, как совокупности] отдельных лиц ).
9а. (Гордиан, I, 6, с. III, 36: По закону XII таблиц имущество, состоящее в долговых требованиях [умершего к другим лицам], непосредственно [т. е. без выполнения каких-либо юридических формальностей] распределяется между сонаследниками в соответствии с их наследственными долями).
96. (Диоклетиан, I, 26, с. II, 3: Согласно закону XII таблиц, долги умершего непосредственно разделяются [между его наследниками] соразмерно полученным [ими] долям наследства).
10. (Гай, I, I, ipr. D., X, 2: Иск [о разделе наследства] (основывается на постановлении закона XII таблиц).
ТАБЛИЦА VI
1. Если кто заключает сделку самозаклада или отчуждения вещи [в присутствии 5 свидетелей и весовщика], то пусть слова, которые произносятся при этом, почитаются ненарушимыми.

Страницы: 1 2

Обсуждение закрыто.