Национальная оборонная стратегия США, 2008 г.

НАЦИОНАЛЬНАЯ ОБОРОННАЯ СТРАТЕГИЯ
СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ. ИЮНЬ 2008
Министерство Обороны Соединённых Штатов Америки
Соединённые Штаты, их друзья и союзники стоят перед лицом сложных угроз и великих возможностей. С тех пор как 7 лет назад были совершены террористические атаки на Нью-Йорк, Вашингтон и Пенсильванию, мы вовлечены в конфликт, невиданный ранее. Всё это время Соединённые Штаты наряду со своими партнёрами трудились, чтобы одолеть врагов свободы и процветания, помочь самым нуждающимся и заложить основу для лучшего будущего.
Для ликвидации наших общих угроз необходима ясная оценка стратегической среды и возможных инструментов для разработки долгосрочной, гибкой и динамичной стратегии. В данной Национальной оборонной стратегии приводятся методы достижения целей Национальной стратегии безопасности и обеспечения спокойствия и процветания в мире всем во благо.
Эта стратегия основывается на выводах, сделанных из опыта предыдущих операций и стратегических исследований, включая Четырехлетний обзор оборонной политики за 2006 год. Она представляет собой ценный опыт, пропущенный сквозь призму конфликтных ситуаций в рамках стратегической среды. В документе подчёркивается важнейшая роль наших партнёров в достижении наших совместных целей – и в пределах правительства США и на международной арене.
В Соединённых Штатах скоро будет избран новый президент и главнокомандующий, однако проблемы, стоящие перед лицом страны, останутся. Данная стратегия является планом достижения успеха в ближайшие годы.
Роберт М. Гейтс
Министр Обороны

НАЦИОНАЛЬНАЯ ОБОРОННАЯ СТРАТЕГИЯ 2008
Введение
Главнейшей обязанностью правительства Соединённых Штатов является защита американского народа, говоря словами создателей нашей Конституции – «обеспечение совместной обороны». На протяжении более чем 230 лет вооружённые силы Соединённых Штатов служили оплотом свободы, возможностей и процветания в стране. За пределами наших берегов, Америка несёт на своих плечах дополнительную ответственность на международном уровне. Для тех, кто борется за лучшую жизнь, нет и не может быть защитника сильнее, чем Соединенные Штаты. Мы остаемся лучом света для тех, кто блуждает в темноте, и по этой причине следует помнить, что наши действия и поступки отражают глубину нашей силы и решительности. Для наших друзей и союзников, а также для наших врагов и потенциальных противников, наша приверженность к демократическим ценностям должна подтверждаться поступками. Распространение свободы отражает наши идеалы и одновременно защищает наши интересы.
Перед Соединёнными Штатами, нашими союзниками и партнёрами стоит целый ряд угроз, в том числе, транснациональные экстремистские сети, исповедующие насилие; враждебные государства, обладающие оружием массового уничтожения (ОМУ); усиливающиеся региональные державы; возникающие угрозы в космосе и киберпространстве; природные катастрофы и пандемии; а также растущее соперничество за ресурсы. Министерство Обороны должно отвечать на все эти угрозы, а также прогнозировать и готовиться к будущим угрозам. Отвечая на них, необходимо взвесить стратегические риски, наиболее эффективно используя средства, имеющиеся в наличии у правительства США и наших международных партнёров. Для достижения успеха необходимо использовать и интегрировать все аспекты национальной власти и тесно сотрудничать с широким кругом наших союзников, друзей и партнеров. Мы лишимся преимущества, если будем действовать в одиночку.
Стратегия Национальной безопасности, написанная Президентом в 2006 году, описывает подход, основывающийся на двух основных принципах: распространение свободы, справедливости и человеческого достоинства путём борьбы с тиранией, продвижения демократических принципов и процветания; а также противостояние современным угрозам, стоя во главе растущего содружества демократий. Цель этого подхода – создание мира правильно управляемых государств, которые в состоянии выполнить потребности своих граждан и вести себя ответственно на международном уровне. Данный подход представляет собой наилучший способ обеспечения длительной безопасности для американского народа.
Национальная Оборонная стратегия является основной программой Министерства по осуществлению этой долгосрочной цели. Она основывается на Стратегии Национальной безопасности и разъясняет Национальную Военную стратегию. Она также является основой для других стратегических директив Министерства Обороны, особенно касающихся планирования операций и действий в чрезвычайных обстоятельствах, военного строительства и разведывательных операций. В ней отражены результаты Четырехлетнего обзора оборонной политики за 2006 год и уроки, усвоенные из осуществляемых операций в Ираке, Афганистане и других странах. В Стратегии говорится о том, как Вооружённые силы США будут бороться и побеждать в войнах за Америку и как мы будем создавать новые возможности в международной среде вместе со странами-партнёрами для установления безопасности и предотвращения конфликтов.
Национальная Оборонная стратегия описывает наши доминирующие цели и стратегии. Она обрисовывает то, каким образом Министерство обороны будет добиваться целей, намеченных в Стратегии Национальной безопасности, включая необходимость укреплять союзы и строить новые партнёрские отношения для победы над глобальным терроризмом и предотвращения нападений на нас, наших союзников и наших друзей; необходимость не допустить от наших врагов угрозы оружием массового уничтожения (ОМУ) в сторону нас, наших союзников и наших друзей; сотрудничество для рассеивания региональных конфликтов, включая вмешательство в конфликт; а также подготовка учреждений Национальной безопасности к встрече с проблемами 21ого века. Национальная Оборонная стратегия принимает во внимание эти цели, делает оценку стратегической среды, угроз и рисков, которые должны учитываться во время их достижения, а также обрисовывает дальнейший путь развития.
Стратегическая среда
В обозримом будущем, данная среда будет определяться глобальной борьбой с экстремистскими движениями, исповедующими насилие, которая намерена перевернуть международную государственную систему. Помимо этой транснациональной борьбы, перед нами стоят другие угрозы, включая целый ряд нетрадиционных угроз, поиск ядерного оружия государствами-изгоями, а также разрастающуюся военную мощь прочих государств. Эти угрозы являются долгосрочными. Успех в борьбе с ними потребует взаимодействия национальных и межнациональных сил в течение следующих лет или даже десятилетий.
Экстремистские движения, исповедующие насилие, такие как Аль-Каида и её союзники представляют собой сложную и срочную угрозу. Подобно коммунизму или фашизму ранее, сегодняшняя экстремистская идеология, исповедующая насилие, отрицает правила и структуру международной системы. Её приверженцы отрицают суверенитет государства, игнорируют границы и пытаются подвергнуть сомнению свободное волеизъявление и человеческое достоинство повсюду, где у них появляется власть. Эти экстремисты оппортунистически пренебрегают данными нормами в своих целях, прячась за международными нормами и государственным правом, когда это им удобно и пытаясь нарушать таковые, когда им это неудобно. Борьба с этими группами, исповедующими насилие, потребует долгосрочного и инновационного подхода.
Угрозу международной системе также представляет неспособность многих государств самостоятельно и аффективно поддерживать порядок или сотрудничать с соседями для обеспечения региональной безопасности. Вооруженные субнациональные группы, в том числе и приверженцы экстремизма, угрожают стабильности и правомерности ключевых государств. Оставаясь незамеченной, такая нестабильность может распространиться дальше и нести угрозу регионам, представляющим интерес для Соединённых Штатов, наших союзников и друзей. Группы повстанцев и прочие негосударственные факторы часто эксплуатируют местные географические, политические или социальные условия для установления надёжного убежища, из которого они могут действовать безнаказанно. Неконтролируемые, слабо или плохо контролируемые территории, а также участки боевых действий представляют собой благодатную почву для таких групп и позволяют им нести выгоду из пробелов в управлении местных властей, подрывать региональную стабильность и безопасность. Решение этой проблемы потребует сотрудничества на региональном уровне и креативный подход для лишения экстремистов возможности закрепить свои позиции.
Похожим образом, такие страны-изгои, как Иран и Северная Корея угрожают межнациональному порядку. Власти Ирана спонсируют терроризм и пытаются подорвать недавно установившуюся демократию в Ираке и Афганистане. Погоня Ирана за ядерными технологиями и разными способами обогащения представляет серьёзную угрозу для безопасности в итак щекотливом регионе. Правительство Северной Кореи также представляет серьёзную ядерную и ракетную угрозу для Соединённых Штатов и других ответственных игроков на международной арене. Правительство угрожает Корейской республике своими войсками, а соседям – ракетами. Более того, Северная Корея создаёт нестабильность свое незаконной деятельностью, например, подделкой валюты Соединённых Штатов и наркоторговлей, а также жестоким обращением со своим же собственным народом.
Мы также должны принимать во внимание возможность угроз со стороны более мощных государств. Некоторые из них могут активно пытаться соперничать с Соединенными Штатами во всех или некоторых областях военного дела или воспользоваться преимуществом и нарастить свою мощь, которая может отодвинуть нашу собственную на второй план. Иные могут выбрать определённые секторы военного дела и соперничества, в которых, по их мнению, у них есть возможность развить стратегические или оперативные преимущества. Ещё более затрудняет контроль над такими процессами тот факт, что некоторые из таких потенциальных соперников являются нашими партнёрами в целом ряде дипломатических, коммерческих либо оборонных мероприятий.
Одним из поднимающихся государств, в потенциале соперником Соединённых Штатов, является Китай. В обозримом будущем, мы должны будем обеспечить защиту от ускоряющейся модернизации военного сектора Китая, а также влияния его стратегического выбора на международную безопасность. Вполне возможно Китай будет продолжать наращивать свою военную мощь, делая акцент на политике, не допускающей вмешательство, в том числе разработке целого ряда систем удара дальнего действия, космической и информационной мощи.
Наше взаимодействие с Китаем будет долгосрочным и многоотраслевым и подразумевает привлечение к сотрудничеству между оборонными предприятиями в мирное время, а именно совместным военным испытаниям. Целью данного мероприятия является смягчение краткосрочных угроз и одновременное сохранение, а со временем и развитие национальных преимуществ США.
Значительные последствия в области безопасности для Соединённых Штатов, наших европейских сотрудников, а также партнёров в других регионах, может иметь отступление России от принципов открытости и демократии. Волнение вызывают следующие факторы: Россия извлекла максимальную выгоду от средств, полученных от доступа к энергоресурсам; заявила о своих требованиях в Арктике, и продолжает подавлять своих соседей. Россия также стала занимать более активную военную позицию, например, обновляя бомбардировщики дальнего действия, и разорвала договоры по сдерживанию вооружения и сокращению численности ВС и даже угрожала странам, в которых размещены потенциальные противоракетные базы. Более того, Москва заявила о том, что всё больше полагается на ядерное оружие как залог своей безопасности. Все эти действия наводят на мысль о том, что Россия намерена искать пути по увеличению своего влияния и роли на международной арене.
Доминирование США в области неядерной войны наделяет потенциальных противников, а именно негосударственные структуры и их государственные источники финансирования, сильной мотивацией использовать ассиметричные методы для преодоления наших преимуществ. По этой причине, мы должны проявить не только своё умение в обычной войне, но и в нетрадиционных военных методах. Наши противники также делают попытки нарастить или приобрести оружие полного поражения, а именно химическое, биологическое, и в особенности ядерное оружие. Вдобавок ко всему, они могут развить передовые технологии с целью противостояния преимуществам США. Например, беспокойство вызывает развитие и быстрое распространение технологий по изоляции зон военных действий, а также оружия, так как это может в будущем ограничить нашу свободу действий. Эти угрозы могут проявляться не только в ярко выраженной форме, как это происходит в текущий момент, но также и в менее традиционной форме влияния, такой как манипулирование всеобщим мнением, используя пути массовой коммуникации, извлекая выгоду из международных обязательств и юридических уловок. Борьба с данными угрозами требует более сильных и разнообразных возможностей, как в военном деле, так и дипломатии, а также большей гибкости и умения использовать эти возможности.
Такие способы ведения войны могут применяться по отдельности и в комбинации, охватывая все методы ведения войны и переплетая военное дело с дипломатией. В некоторых случаях, мы можем и не узнать о существовании конфликта, пока он не обретёт внушительный размах и не ограничит наши возможности. Нам необходимо нарастить разведывательную мощь для определения, распознания и анализа новых форм ведения войны, а также искать совместные подходы и стратегии для сопротивления им.
Всё более актуальным становится планирование Министерством будущей стратегической среды, которая в свою очередь зависит от взаимодействия мощных стратегических тенденций. Данные тенденции представляют целый ряд возможных вариантов развития будущего, в том числе приносящего серьёзные угрозы и риски для безопасности.
В течение следующих двадцати лет естественные факторы – население, ресурсы, энергия, климат, окружающая среда – могут в соединении с быстрыми социальными, культурными, технологическими и геополитическими изменениями вызвать ещё большую неопределённость. Данная неопределённость усугубляется как беспрецедентной скоростью и масштабом изменений, так и непредсказуемым и сложным взаимодействием самих тенденций. Глобализация и растущая экономическая взаимозависимость помимо создания нового уровня благополучия и возможностей, также создают сеть взаимосвязанных уязвимых мест и распространяют риски всё дальше и дальше, повышая восприимчивость к кризисам и катастрофам во всём мире и вызывая ещё большую неопределённость относительно их скорости и последствий.
Текущая оборонная политика должна учитывать все эти зоны неопределённости. Во время планирования, мы должны принимать во внимание влияние демографических тенденций, в особенности роста населения в большей части развивающихся стран и нехватки населения во многих развитых странах. Взаимодействие этих изменений с уже существующими, а также будущие проблемы, связанные с ресурсами, окружающей средой и климатом, могут вызвать новые угрозы для безопасности. Более того, так как относительный баланс экономических и военных сил между государствами колеблется – некоторые вырываются вперёд за счёт экономического развития и богатых ресурсов, другие отстают из-за естественных факторов либо экономической / политической стагнации -, появятся новые страхи и неопределённости, которые повлекут за собой новые риски для международного сообщества.
Эти риски потребуют контроля над противоречивыми нуждами катастрофически растущего спроса на энергию для поддержания экономического развития, а также необходимость справляться с изменением климата. Все вместе, эти перемены представляют собой новый ряд угроз для государств и общества. Эти тенденции повлияют на существующие проблемы общества, такие как международный терроризм и распространение оружия. В то же время, эти тенденции будет сопровождать развитие науки и техники, которое хотя и несёт некоторую потенциальную угрозу, привнесёт ряд позитивных изменений, способных сократить давление и риски от естественных факторов. Неясны способы взаимодействия этих тенденций и природа катастроф, которые они могут вызвать, однако определённо то, что они окажут влияние на будущую стратегическую среду.
При любой возможности, Министерство позиционирует себя как ответственное лицо за корректирующие действия и сокращение этой неопределённости. Это означает, что мы должны продолжать глубокое изучение тенденций, их взаимодействия, и ряда рисков, с которыми призвано справляться Министерство. Мы должны делать всё, чтобы уменьшить риски путём влияния на развитие тенденций через решения, которые мы принимаем относительно техники и возможностей, которые мы развиваем, а также сотрудничества в области безопасности, перестраховки, сдерживания, устрашения и оперативных действий, совершаемых нами. Министерство также должно наращивать военную мощь для защиты от нестабильности, а также мгновенность реагирования и гибкость учреждений для своевременного планирования и эффективных действий наряду с внутриведомственными, неправительственными и международными партнёрами.
Стратегические рамки
Со времён Второй мировой войны, Соединенные Штаты являлись основной силой поддержания международной безопасности и стабильности, сначала возглавляя Запад в конфронтации Холодной войны с Советским Союзом, а, сейчас, ведя за собой весь мир в борьбе с экстремизмом. Это осуществляется за счёт военных, дипломатических и экономических средств. Проведение данных мероприятий входит в долгосрочные национальные интересы и видение возможностей и процветания в будущем. Интересы США включают в себя защиту нации и наших союзников от атак или насилия, распространение международной безопасности для сокращения конфликтов и способствования экономическому росту, а также охрана глобального общего достояния человечества и вместе с тем доступа к мировым рынкам и ресурсам. Для преследования этих интересов, США развили военную мощь, организовали союзы и коалиции, участвуют и поддерживают учреждения международной безопасности и экономики, используют дипломатию и прочие невоенные методы для определения поведения индивидуальных государств и международной системы, в общем, и применяют силу в случае необходимости. Эти средства определяют стратегические рамки, на основе которых Соединённые Штаты строят планы на будущее, и помогают нам достичь наших целей.
Безопасность Соединённых Штатов тесно завязана на безопасности всего мирового сообщества. В результате, сутью нашей стратегии является наращивание мощи наших хрупких и уязвимых партнёров для преодоления внутренних угроз и агрессии извне и одновременное наращивание мощи самой международной системы для противостояния угрозам от стран-изгоев и потенциальных гегемоний.
Задачи
Следуя Стратегии Национальной безопасности и стремясь обеспечить долгосрочную безопасность американскому народу, Министерство преследует следующие пять ключевых задач:
• Защита отечества
• Победа в долгосрочной войне
• Укрепление безопасности
• Сдерживание конфликтов
• Победа в войнах нашей страны
Защита отечества
Основной обязанностью Министерства Обороны является защита Соединённых Штатов от анападения на свою территорию и защита своих интересов за пределами страны. Вооружённые Силы США защищают физическую целостность страны с помощью активной многоярусной обороны. Они также призваны предотвращать атаки на страну, прямые или косвенные, с моря, воздуха, земли или космоса. Тем не менее, в то время как сеть глобализации несёт новые возможности и угрозы, растёт важность планирования защиты отечества от ранее неожидаемых угроз. Противостояние таким угрозам также создаёт расхождение между необходимостью безопасности и требованиями открытости в коммерции и гражданских свободах. С другой страны, поток товаров, услуг, людей, технологии и информации растёт с каждым годом, и вместе с тем прозрачность американского общества. Однако, террористы и другие недоброжелатели пытаются извлечь выгоду из этой прозрачности.
Как сказано в Четырехлетнем обзоре оборонной политики за 2006 год, государственные акторы больше не обладают монополией на применение насилия в огромных масштабах. Небольшие группы или индивидуальные лица могут заполучить химические, биологические или даже серьёзные радиологические иди ядерные устройства для причинения ущерба и вреда в крупных размерах. Похожим образом, они могут ударить по уязвимым точкам в киберпространстве и подорвать коммерцию и повседневную жизнь в Соединенных Штатах, вызывая экономический ущерб, подвергая риску ценную информацию и материалы и нарушая работу особо важных услуг, таких как электрические и информационные сети. В зоне риска могут оказаться национальная безопасность и ресурсы страны, а Министерство должно реагировать соответствующим образом, чтобы защитить жизни и национальные богатства. Министерство продолжает быть оплотом и активным защитником в этих вопросах. Однако, в долгосрочной перспективе, Министерство Обороны не является ни лучшим источником ресурсов и возможностей, ни подходящим органом для выполнения данных задач. Сравнительное преимущество и соответствующие власти, готовые действовать, расположены в других органах правительства США, в других ведомствах, приватном секторе, и нациях- партнёрах. Министерство Обороны должно ожидать и планировать ситуацию, чтобы играть решающую роль в межведомственных мероприятиях для борьбы с этими угрозами и наращивать новую мощь и возможности, защищая свои уязвимые места.
В целом, при защите отечества, Министерство также должно поддерживать возможность сотрудничать с гражданскими властями в условиях национальной чрезвычайной ситуации, например, накануне обширных естественных и техногенных катастроф. Министерство призвано поддерживать возможности управления последствиями и планировать их применение государственными ведомствами. Эффективное оказание такой помощи, в особенности во время одновременно подпадающих под юрисдикцию разных ведомств катастроф, требует всё более тесных рабочих отношений с другими отделами и агентствами на всех уровнях правительства. Для развития и поддержания таких отношений, Министерство должно поддерживать Министерство Национальной Безопасности, ответственное за координацию реагирования на катастрофы на федеральном уровне. Министерство Обороны также должно сотрудничать с неправительственными учреждениями и единицами частного сектора, которые играют какую-либо роль в реагировании на катастрофы и восстановлении после них.
Победа в долгосрочной войне
В обозримом будущем, главной задачей США будет победа в долгосрочной войне против экстремистских движений, исповедующих насилие. Мы должны победить экстремизм, как угрозу нашему образу жизни как свободного и открытого общества и обеспечить неблагоприятную для экстремистов и их приверженцев среду. Мы сталкиваемся с целым рядом кампаний, направленных на борьбу с экстремистскими движениями, исповедующими насилие, в настоящее время возглавляемыми Аль-Каидой и её союзниками. Совместно с нашими партнёрами, мы хотим уменьшить поддержку экстремизма и воодушевить приверженцев центристских взглядов, предлагая позитивную альтернативу экстремисткому видению будущего. Для победы от нас потребуется применение всех элементов национальной власти совместно со старыми союзниками и новыми партнёрами. Ирак и Афганистан остаются центральным фронтом борьбы, но мы не можем упустить из вида последствия ведения долгосрочного, эпизодического, многофронтового и многоуровнего конфликта, более сложного и разнообразного, чем Холодная война с коммунизмом. Критичным для победы в этом конфликте является успех в Ираке и Афганистане, но он один не принесёт полной победы. Мы стоим перед лицом вооружённого столкновения, войны идеологий, и помочь может лишь терпение и инновационный подход. Совместно с нашими партнёрами, мы призваны в долгосрочной перспективе всеми способами уменьшить источники поддержки экстремистских групп и противостоять тоталитарной идеологии, на которой они строятся.
Мы стоим перед лицом всеобщей глобальной борьбы. Подобно коммунизму и фашизму ранее, экстремистская идеология имеет транснациональные притязания, и подобно своим атеистским предшественникам, она привлекает приверженцев со всего мира. Предлагаемое ей видение противоположно идеям глобализации и распространению свободы. Парадоксальным образом, экстремистские движения, исповедующие насилие, используют те же самые инструменты, что и глобализация – неограниченный поток информации и идей, товаров и услуг, капитала, людей, а также технологии, которые они по собственным заявлениям, отрицают для преследования своих целей. Хоть и движимые этой транснациональной идеологией, наши противники сами фактически являются союзом региональных и местных экстремистских групп. Региональные и местные недовольства помогают разжечь конфликт, и он, таким образом, процветает в неконтролируемых, слабо либо плохо контролируемых регионах.
Конфликт – это длительная необычная кампания, борьба за власть и влияние на население с применением насилия. Определённую роль при этом играет применение силы, однако военные мероприятия по поимке и уничтожению террористов, похоже, имеют меньшее значение по сравнению с мерами по привлечению местных регионов к участию в правительственных и экономических программах, направленных на рост развития, а также попытками понять и разрешить недовольства, часто лежащие в основе волнений. По этим причинам, вполне возможно, что важнейшей военной составляющей борьбы против экстремистов, исповедующих насилие, является не борьба своими силами, а то, как хорошо мы можем подготовить наших партнёров к защите и самоуправлению.
Лучшим и проверенным способом в борьбе с экстремизмом является сотрудничество с региональными акторами при любой удобной возможности для противостояния общим угрозам безопасности. Часто наши партнёры имеют больше возможностей для решения данной проблемы, так как они лучше, чем мы, понимают местную географию, социальную структуру и культуру. Совместно с внутриведомственными и международными партнёрами мы призваны помогать уязвимым государствам и местному населению, чтобы оно не создавало условия, благоприятные для экстремизма, и разрушать структуры, которые поддерживают и способствуют процветанию экстремистских групп. Мы должны применять походы, адаптированные к местным условиям, которые будут значительно различаться в разных регионах. Мы будем способствовать процветанию и помогать местным властям в создании эффективных систем репрезентативного правительства. Улучшая условия, сокращая источники финансирования и помогая в решение коренных причин беспорядков, мы поможем государствам стабилизировать находящиеся под угрозой зоны. Противостояние тоталитарной идеологии террористических групп поможет снизить их мощь и потребует гибких, утончённых и интегрированных межведомственных и межнациональных мер. Данные мероприятия должны поддерживаться и проводиться Министерством.
Борьба против экстремистов, исповедующих насилие, не закончится после одной битвы или кампании. Скорее напротив, мы сможем их победить лишь путём терпеливого накопления небольших успехов и взаимодействия всех элементов национальной и межнациональной силы. Мы добьёмся успеха, уничтожив способность экстремистов бороться на глобальном уровне и с широким размахом, одновременно наращивая свою мощь и решимость местных властей победить их в регионах. Победой будет считаться дискредитирование экстремистской идеологии, создание раскола между и внутри экстремистских группировок и сведение их до уровня мелких групп, деятельность которых можно отследить и контролировать силами правоохранительных органов.
Укрепление безопасности
Лучшим способом достижения безопасности является предотвращение войны при любой возможности и способствование мирным переменам в международной системе. Наша стратегия делает акцент на развитии широкого круга партнёров как основы долгосрочной безопасности. Мы также должны развивать способность международной системы к восстановлению для противостояния конфликту, если таковой всё же будет иметь место. Мы должны быть готовы справляться с внезапными нарушениями, предотвращать их усиление или угрозу международной безопасности и искать пути их мирного развязывания.
Серьёзной и срочной проблемой остаются местные и региональные конфликты. Они часто распространяются и усугубляют такие транснациональные проблемы как торговля людьми и наркотиками, терроризм и незаконная торговля оружием. Государства-изгои и экстремистские группировки часто пытаются эксплуатировать нестабильную ситуацию, вызванную региональным конфликтом, а распад государства или появление неконтролируемых территорий создаёт благодатную почву для таких групп. Особое волнение вызывает возможность экстремистов в условиях нестабильности и раскола в стратегически важном государстве заполучить доступ к оружию массового уничтожения или стратегическим ресурсам.
Ради пресечения таких беспорядков мы должны способствовать развитию стран, находящихся в зоне риска. Мы будем сотрудничать с государствами-единомышленниками для сокращения неконтролируемых территорий в мире и тем самым лишения экстремистов и других вражеских организаций убежища. Помогая другим организовать управление своими регионами, мы сообща преодолеем угрозы всему мировому сообществу.
Мы также должны реализовать постоянную необходимость создания и поддержания долгосрочной международной безопасности. Как подчёркивает Стратегия Национальной безопасности 2006 года, центральным пунктом нашей стратегии являются отношения с сильнейшими государствами мира. Мы хотим преследовать интересы США в рамках отношений сотрудничества, а не соперничества, и преуспели в этом. Например, наши отношения с Индией эволюционировали от неловкого сосуществования во времена Холодной войны до укрепляющегося партнёрства в наши дни. Мы хотели бы использовать обстановку отсутствия фундаментальных конфликтов между мощными государствами для определения будущего и предотвращения повторного возникновения соперничества между великими державами.
Соединённые Штаты приветствуют подъём мирного и процветающего Китая и привлекают Китай принимать участие и нести полноправную ответственность за стабильность, способность к восстановлению и рост международной системы. Тем не менее, большую неясность вызывает будущий курс развития, который лидеры Китая изберут для своей страны. По этому поводу Стратегия Национальной безопасности гласит: «Наша стратегия направлена на то, чтобы направить Китай на совершение правильного стратегического выбора для своего народа, в то же время мы принимаем меры на случай противного». Важнейшим компонентом данной стратегии является установление продолжительного стратегического диалога с Китаем для построения взаимопонимания, налаживания коммуникации и сокращения риска ошибки в прогнозах.
Китай продолжает модернизировать и развивать военную мощь в рамках конфликта на Тайваньском проливе, которая однако может быть реализована и при других обстоятельствах. Министерство должно отреагировать на растущую военную мощь Китая и неопределенность по поводу её применения планированием и прочими мерами защиты. Этот подход влечёт за собой инвестирование значительных, однако, не безграничных, ресурсов, что увеличит долгосрочное стратегическое преимущество США. В то же время, мы будем продолжать искать и развивать возможности ответа Китаю в случае необходимости.
Мы будем продолжать оказывать давление на Китай для внесения прозрачности в его расходы из бюджета обороны, стратегии, планы и намерения. Мы будем работать с другими отделами правительства США для развития соответствующей стратегии по определению выбора Китая.
В добавок, причиной для беспокойства служит отступление России от принципов демократии и её растущие экономические и политические угрозы соседям. Мы не думаем, что Россия вернётся к прямой глобальной военной конфронтации, однако увеличился риск ошибки в прогнозах или возникновения конфликта на почве экономического давления.
У нас с Россией есть общие интересы, и наше сотрудничество возможно по целому ряду вопросов. Существуют многочисленные способы и пути формирования наших отношений в сфере безопасности и сотрудничества – например, в противостоянии распространению ОМУ и экстремистским группам. В то же время, мы намерены искать другие пути привлечения Росси к сотрудничеству в качестве конструктивного партнера, и выразим наше беспокойство по поводу аспектов её поведения на международном уровне, например, продажи ценных военных технологий, а также вмешательство и давление на своих соседей.
И Китай, и Россия являются в будущем важными партнёрами, и мы намерены наладить с ними сотрудничество. И на межведомственном, и на межнациональном уровне, мы разработаем стратегии по формированию стимула для сотрудничества и разубеждения их в совершении дестабилизирующих действий.
Сдерживание конфликта
Политика сдерживания – ключ к избеганию конфликта и становлению безопасности. Она требует влияния на политический и военный выбор противника, разубеждения его в совершении нежелательных действий путём разъяснения лидерам того, что данные действия несут слишком высоки, либо оно бесполезно и в нём нет необходимости. Политика предотвращения также основывается на авторитете – способности избежать атаки, решительно ответить на любое нападение и таким образом, искоренить саму возможность нападения на нас, а также наносить точный удар в случае необходимости.
Более половины века, Соединённые Штаты подходили к вопросам безопасности односторонне – сдерживая Советский Союз от нападения на Соединённые Штаты и наших союзников, которое могло привести к глобальной термоядерной катастрофе. С этой целью мы построили свою политику сдерживания на разнообразной и малоуязвимой ядерной силе в соединении с потенциальной неядерной военной мощью, сформированной для противостояния военной силе одного противника. Схожим образом, наши предположения и расчеты для формирования политики сдерживания в большинстве своём были основаны лишь на нашем понимании динамики и культуры Советского Союза. Все возможности конфликта сводились и включали лишь эту конфронтацию и боязнь её развития. Всё же, здесь были свои ограничения. Одна военная мощь не была и не есть панацеей для предотвращения всех конфликтов – несмотря на огромную мощь Соединённых Штатов и Советского Союза, конфликты возникали, некоторые рассеивались в то время, как другие выливались в местные войны.
В условиях современной стратегической среды, проблемой является сдерживание и разубеждение ряда потенциальных противников в совершении ряда действий, направленных против США, наших союзников и интересов. Такими противниками могут быть как государственные, так и не государственные акторы, они могут использовать ядерное, традиционное и нетрадиционное оружие, они могут использовать в своих целях терроризм, электронную, киберпространственную и другие формы ведения войны. Ещё более осложняют ситуацию экономическая взаимозависимость и рост глобальных коммуникаций. Они не только размывают границы меду типами угроз, но и усугубляют восприимчивость к последствиям нападений и в некоторых случаях осложняют процесс их определения или отслеживания. Наконец, новые угрозы представляют количество потенциальных противников, широта их возможностей, необходимость формировать политику сдерживания конкретно для каждого из них.
Мы должны адаптировать политику сдерживания для определённых акторов, ситуаций и форм ведения войны. Факторы, осложняющие серьёзность угрозы, вместе с тем предлагают нам целый ряд возможностей и методов сдержать и разубедить наших противников. Это разнообразие средств, военных и невоенных, позволяет нам создать более приемлемые реакции на нападения в глазах наших оппонентов и более подходящую политику их сдерживания. К тому же, развитие возможностей, особенно новых технологий, позволяет нам создать более подходящую защиту и убедить потенциальных противников в том, что их попытки нападения абсолютно бесполезны.
Наша способность эффективно сдерживать конфликты ещё раз убеждает американский народ и наших союзников в нашей решимости защищать их. По этой причине, политика сдерживания должна, как и ранее, основываться на военной мощи, способной ответить на широкую сеть угроз международной безопасности. Противоракетная защита не только сдерживает нападение, но и сможет защитить нас от такого нападения в случае провала попытки предотвращения. Высокоточные боеприпасы позволят нам быть более гибкими не только в реакции на нападения, но и нанести предупредительный удар в случае необходимости для защиты нас и наших союзников. Всё же следует признать, что сдерживание имеет свои рамки, особенно если наши интересы неправильно поняты либо цели нашей политики почти не поддаются влиянию. Сдерживание может быть невозможным в случаях, когда ценность состоит не в разрушении объекта, а в нападении или самих средствах нападения, как например при терроризме.
Мы должны развивать не только способность противостоять атакам, что является фундаментальным и оборонным аспектом политики сдерживания, но и улучшать нашу способность к восстановлению после атаки. Важнейшим изменением в планировании на случай бесчисленного множества будущих потенциальных угроз должен быть акцент на восстановление после нападения и оперативную мощность. Это также как и способность резко и эффективно отвечать в случае атаки поможет продемонстрировать, что подобные атаки бесполезны.
В будущем, глобальный масштаб проблем и осложнение проведения политики предотвращения в новых областях конфликта потребует интегрированного сотрудничества и международного подхода, если мы собираемся использовать все доступные средства. Мы должны определить, какие действия, не принимая во внимание кровопролитие, представляют собой нападение на нашу суверенность и какие из них потребуют применение силы в ответ. Мы должны принять возможность прогрессирования конфликта от некровопролитного к кровопролитному и научиться просчитывать и справляться со связанными с этим рисками.
Победа в войнах нашей страны
Несмотря на все попытки предотвращения и сдерживания конфликтов, мы должны быть готовы действовать вместе со странами-единомышленниками против государств, несущих угрозу своим соседям, предоставляющим убежище террористам или применяющим дестабилизирующее оружие. Хотя повышение профессионализма Вооружённых Сил США в нетрадиционной войне является главной задачей Министерства Обороны, Соединённые Штаты не могут себе позволить готовиться только лишь к такого рода угрозам. Хотя вероятность межгосударственного конфликта за последние годы снизилась, мы игнорируем её на свой страх и риск. Постоянную возможность начала конфликта демонстрирует, например, текущая обстановка в Юго-Западной Азии и на Корейском полуострове. При случае, Министерство должно обладать силой поразить врагов, используя комбинацию всевозможных средств, традиционных и нетрадиционных, кинетических и некинетических, в зависимости от рода конфликта. Мы должны поддерживать превосходство в наших традиционных войсках.
Угрозой региональным интересам США остаются государства-изгои. Иран и Северная Корея продолжают оказывать угрожающее давление на соответствующие регионы, причём каждая из этих стран намерена поставить под сомнение или уменьшить влияние США. Основной проблемой остаётся ответ, а в случае необходимости поражение этих и, потенциально, других государств-изгоев. Мы должны поддерживать силы, необходимые для победы над врагами страны, в том числе обладающими ядерным оружием.
Достижение наших целей
Данные цели будут достигнуты путём определения выбора политики ключевых государств, лишения противников возможности получить и воспользоваться ОМУ, укрепления и расширения союзов и партнёрских отношений, обеспечения стратегического доступа США и сохранения свободы действий, а также интегрирования и объединения наших усилий.
Определение политики ключевых государств
Хотя роль негосударственных акторов в мировых делах увеличилась, государства остаются залогом международного порядка. В сотрудничестве с нашими союзниками и друзьями, Соединённые Штаты могу определять международную среду, поведение акторов, и выбор перед которым стоят стратегически важные государства, что будет способствовать контролируемости, сотрудничеству и взаимному доверию.
Определение политики других государств поможет в достижении многих из наших целей. Важным для защиты отчизны является убеждение ключевых государств в том, что нападение на Соединённые Штаты бесполезно и несёт угрозу лишь для инициаторов. Наша стратегия сдерживания сформирована таким образом, чтобы убедить потенциальных агрессоров, что атака на Соединённые Штаты совсем не поможет им достичь своих целей и что такие действия повлекут за собой серьёзные ответные действия. Наша стратегия и потенциал также призваны сдерживать конфликты других типов, а именно с потенциальными государствами – противниками. Мы также можем укреплять безопасность путём определения выбора стратегически важных государств, убеждая их избегать дестабилизирующих действий и следовать международным нормам по ограничению применения силы, распространению мира и дружелюбия и действовать как добрые послы хорошей воли в пределах своих границ.
Мы намерены привлечь Китай и Россию как активных участников системы. Подобным образом, мы ожидаем от Индии взятия большей ответственности как участника международной системы, в соответствии с её растущей экономической, военной и дипломатической силой.
Лишение противников возможности заполучить или использовать
оружие массового уничтожения (ОМУ)
Немногие угрозы сравнятся по своей важности с угрозой использования химического, биологического, и особенно ядерного оружия. Ограничение распространения этого оружия и его использования требует бдительности и обязывает нас предупреждать и противостоять таким угрозам. При любой возможности, мы предпочитаем невоенные методы воздействия для достижения этой цели. Мы соединяем меры по пресечению распространения ОМУ, лишая возможности наших противников получить это оружие либо его составные части, активные меры по защите и обезвреживанию ОМУ или ракетные угрозы до того, как они будут приведены в действие, а также усовершенствованные меры защиты для смягчения последствий после использования ОМУ. Мы также намерены убедить наших противников в том, они не могут достичь своих целей путём применения ОМУ и изначально не должны его приобретать. Тем не менее, как утверждается в Стратегии Национальной безопасности, в случае необходимости, Соединённые Штаты способны нанести предупреждающий удар по праву самозащиты, чтобы предупредить и предотвратить вражеские действия наших противников.
Сокращение распространения ОМУ и поддержка норм против его использования поможет в защите отчизны, сокращая количество государств, которые могут напрямую нам угрожать, и препятствуя возможному направлению такого оружия в руки негосударственных акторов. Ограничивая распространение ОМУ силами своими и наших партнёров, мы лишим террористов возможности получения оружия и приблизим успешное окончание борьбы с экстремистами на условиях США.
ОМУ стремятся заполучить или уже имеют целый ряд вражеских или потенциально вражеских государств. Некоторые преследуют цель повышения авторитета или политики сдерживания, однако другие могут действительно планировать его применение. Лишение таких властей возможности получить и распространять ОМУ, а также средства его перевозки, поможет установить безопасность.
К счастью, число ядерных держав всё ещё небольшое, однако при отсутствии слаженных действий в течение следующего десятилетия оно может возрасти. Многие другие страны имеют программы по химическому и биологическому оружию – программы, которые сложно определить, сдержать или устранить. Такие страны будут продолжать следовать программе по ОМУ как средству сдерживания, давления и потенциального применения против своих противников. Определения поведения новых государств, приобретающих или ищущих оружие массового уничтожения, потребует объединённых международных усилий.
Технологический и информационный прогресс последних пятидесяти лет привёл к широкому распространению информации об ОМУ и упростил доступ к нему. Сравнительно сложные химические вещества и даже опасные биологические вещества находятся в зоне досягаемости многих негосударственных акторов, обладающих лишь малой толикой научных знаний.
Негосударственные акторы могут приобрести ОМУ либо при помощи подпольного производства, либо государственного финансирования или кражи. Также беспокойство вызывает угроза серьёзной нестабильности в странах с ОМУ и как следствие потеря контроля над этим оружием. В этом случае, Соединённые Штаты должны быть готовы с помощью объединённых межведомственных и партнёрских усилий определить, пометить и выследить, перехватить и уничтожить ОМУ и подобные материалы. Мы также должны быть готовы к быстрым действиям по обезвреживанию этого оружия и материалов в случае потери контроля над оружием, особенно ядерных устройств, государством. Если случится самое страшное, и мы подвергнемся нападению, мы должны будем сохранить способность проводить необходимые операции во время нападения и смягчить последствия атаки ОМУ в пределах и за пределами нашей страны.
Укрепление и расширение союзов и партнерских отношений
Соединённые Штаты также должны укреплять и расширять союзы и партнерские отношения. Союзническая система США является краеугольным камнем мира и безопасности на протяжении целого поколения и остается ключом к нашему успеху, значительно приближая достижение всех целей США. У союзников часто могут быть возможности, средства и знания, которые мы не сможем приобрести. Мы не должны ограничиваться отношениями, существовавшими в прошлом. Напротив, мы должны расширять свои идеи и налаживать союзы в случае новых обстоятельств и ситуаций, призывая центристские голоса в беспокойных регионах и других неожиданных партнёров. В некоторых случаях, мы можем создавать договоренности ограниченные определенными задачами или целями и даже сроком действия. Хотя эти договорённости различаются в зависимости от взаимовыгодных интересов, они должны основываться на уважении, взаимовыгоде и прозрачности.
Возможности наших партнёров варьируются в зависимости от области миссий. Мы должны полагаться на многих партнёров для некоторых низкорисковых миссий, таких как миротворчество и гуманитарная помощь, в то время, как сложные противоповстанческие действия и профессиональные военные операции, вероятно, привлекут немногих партнеров с соответствующими силами, желанием и возможностями действовать в поддержку взаимных целей. Мы должны поддерживать, тренировать, консультировать и оснащать силы безопасности партнёров, чтобы противостоять беспорядкам, терроризму, распространению оружия и другим угрозам. Мы будем помогать другим странам повышать их мощь путём сотрудничества в сфере безопасности и вместе с тем учиться ценному опыту и информации от других партнёров, обладающих лучшим пониманием и видением некоторых сложных общих для нас угроз.
Мы также должны сотрудничать с нашими долгосрочными партнерами и союзниками для укрепления их силы. Ключевым моментом здесь является тренировка, образование, и в случае необходимости, перевозка предметов военного снабжения для усиления мощи партнера. Мы должны работать над развитием новых способов ведения операций в любом из видов войны. Наши партнёры должны быть способны применить военную и невоенную силу, когда и где нужно – как обязательное требование в борьбе против приспосабливающегося к любым условиям транснационального врага.
Обеспечение стратегического доступа США и сохранение свободы действий
На протяжении более шестидесяти лет, США охраняли глобальное всеобщее достояние человечества во благо всех. Глобальное процветание возможно при условии свободного потока идей, товаров и услуг. Огромный скачок в торговле вытащил миллионы людей из нищеты благодаря тому, что производимые в определённом регионе товары стали общедоступными на глобальном рынке. Свободный доступ к торговле также идет на пользу клиентам, сокращая стоимость товаров и обеспечивая возможность странам выработать специализацию. Это всё не происходило бы, если бы элементарно были невозможными безопасная перевозка товаров к пункту назначения через воздушные или морские пути или передача информации через океаны либо космос. Развитие и распространение технологий и тактик перекрытия доступа ставят под сомнение эту уверенность.
Соединённые Штаты требуют свободу действий в вопросе всеобщего достояния человечества и стратегического доступа к важным мировым регионам для удовлетворения наших потребностей в национальной безопасности. Благополучие мировой экономики возможно при условии свободного доступа к энергоресурсам. Невзирая на национальные мероприятия по сокращению зависимости от нефти, современные тенденции указывают на растущую, а не сокращающуюся зависимость от нефтепродуктов из зон нестабильности в ближайшие годы. Соединенные Штаты будут стараться облегчить доступ к потоку энергоресурсов, необходимые для мировой экономики. Далее, Министерство пересмотрит свои собственные запросы энергии и примет решение сократить потребность в топливе, если это не скажется негативно на оперативной мощи. Такого рода мероприятия сократят расходы Министерства Обороны на топливо, и посодействуют в достижении обширных задач правительства США в области энергосбережения и охраны окружающей среды.
Мы продолжим политику присутствия войск США за пределами страны, а именно пересмотрим политику глобальной обороны, выгодное использование более подвижных континентальных экспедиционных вооружённых сил, расположенных в США (континентальной части) и дальнейшее развитие более подходящей и гибкой прямой сети возможностей и договоренностей с союзниками и партнёрами для обеспечения стратегического доступа.
Интегрирование и объединение наших сил – новая «взаимосвязанность»
Наши мероприятия требуют унифицированного подхода, как к планированию, так и к реализации политики. Ирак и Афганистан служат напоминанием того, что одного военного успеха недостаточно для достижения победы. Мы не должны забывать тяжело полученный опыт или позволить важным дипломатическим умениям, развитым в его результате, атрофироваться или даже исчезнуть. Кроме безопасности, основными компонентами долгосрочного успеха являются экономическое развитие, организация учреждений и буква закона, а также внутреннее урегулирование, хорошее руководство, обеспечение людей основными услугами, тренировка и оснащение национальных военных и полицейских служб, а также стратегические коммуникации. Мы как нация должны укреплять не только свои военные возможности, но и усилять другие важные элементы национальной власти, а также развивать способность интегрировать, адаптировать и применять эти средства в случае необходимости. Мы должны выпустить всю мощь Америки и её народа в полном объёме.
Многие их этих задач выполняет Министерство Обороны. Наши службы принялись за задачу долгосрочного восстановления, развития и контролирования. Вооруженные силы США должны будут регламентировать и сохранить эти возможности, но это ни в коем случае не отменяет участие гражданских лиц и применение их опыта. Соединённые Штаты должны научиться эффективно использовать опыт и знания гражданских, сотрудничая с людьми и организациями вне правительства – ранее неиспользованными ресурсами с огромным потенциалом. Мы можем более эффективно использовать знания наших научно-исследовательских учреждений и промышленности для помощи в восстановлении и долгосрочных изменениях для улучшения жизнеспособности экономики и хорошего руководства. Большая степень привлечения гражданских лиц необходима как для успешного проведения военных операций, так и снятия стресса у мужчин и женщин, служащих в вооруженных силах. Постоянно имея доступные гражданские ресурсы и своевременно их используя, можно снизить вероятность того, что в первую очередь будут использованы военные ресурсы.
Ресурсы нам нужны для противостояния угрозам XXI века. Хорошим примером являются стратегические коммуникации в пределах Министерства и правительства в целом. Хотя современные связи с общественностью были изобретены в Соединённых Штатах, мы не имеем возможности эффективно донести до мира, кто мы есть, и за что мы боремся как общество и культура, наши принципы свободы и демократии, наши цели и ожидания. Эта способность есть и будет одной из наиболее важных не только для долгосрочной войны, но и для согласованности наших требований от союзников, противников и всего мира по важнейшим вопросам безопасности.
Мы будем продолжать сотрудничество с другими департаментами и агентствами США, государственными и местными властями, партнёрами, союзниками и международными многосторонними организациями для достижения своих задач. Единый для всего правительства подход будет возможен только в том случае, если каждый департамент и агентство правительства поймёт основные способности, роли, миссии, и ресурсы своих партнёров и будет сотрудничать для достижения общих целей. Образцом для подражания должны быть такие примеры, как расширение межведомственного состава Южного Командования США и создание африканского командования США. К тому же, мы должны приложить все усилия для более эффективного координирования планирования национальной безопасности, как в пределах Министерства Обороны, так и среди других департаментов и агентств США.
Мы будем улучшать понимание и гармонично соединять лучшие методы межведомственных партнёров. Это должно происходить на всех уровнях – от штаб-квартиры в Вашингтоне до полигонов. Министерство Обороны, совместно с Министерством Национальной безопасности, будет развивать привычные отношения с властями штатов и местными властями, чтобы убедиться в том, что мы способны ответить в случае необходимости и поддержать гражданские власти в чрезвычайной ситуации в рамках закона. С помощью этих мер, мы значительно увеличим наши коллективные возможности защиты отчизны.
Мы будем развивать и совершенствовать наши возможности. Мы должны развивать инновационные способности, концепции и организации. Мы будем, как и ранее, полагаться на адаптивное планирование, интеграцию и использование всех богатств правительства, а также на скорость и гибкость. Всё же мы не только должны иметь в распоряжении полный набор ресурсов, но также применять и адаптировать любой из них или все вместе к сложной среде. Эти усовершенствования потребуют расширенного понятия «взаимосвязанности», которое включает в себя равномерное соединение гражданских и военных ресурсов и возможностей.
Наконец, мы должны подумать о дальнейшей реструктуризации Министерства, межведомственном планировании и ответных действиях, для более эффективного противостояния этим рискам и удовлетворения потребностей. Мы проверим, как интегрированное планирование происходит в Министерстве и как можно более целесообразно использовать уже существующие ресурсы.
Ресурсы и средства Министерства Обороны
Реализация любой стратегии основывается на развитии, сохранении, а при возможности и расширении необходимых для достижения задач средств в пределах бюджета. Без инструментов нельзя выполнить какую-либо работу. Министерство хорошо оснащено для выполнения своих первоначальных задач, однако оно всегда старается улучшить и усовершенствовать свои возможности и эффективность. Угрозы, возникающие перед нами, потребуют обилие ресурсов и интегрированный подход, мудро балансирующий риски и преимущества, и признающий свои недочёты, а также моменты, в которых другие имеют большие возможности для реализации аспектов стратегии.
Министерство продолжает делать упор на моментах, определённых в Четырехлетнем обзоре оборонной политики за 2006 год, а именно развитие возможностей по поражению сети террористов, защиты отчизны в целом, формировании выбора стран находящихся на стратегическом распутье и лишение противников возможности получить и применить оружие массового уничтожения. Хотя этих ресурсов недостаточно для реализации всех миссий министерства, они требуют особого внимания.
Величайшее достояние Министерства – это люди, преданные миссии. Вооружённые силы распределяют и балансируют возможности среди каждого их своих составных элементов: регулярные войска, резервные части, гражданская рабочая сила, частный сектор и база подрядчиков. Каждый из элементов полагается на остальные для выполнения миссии, никто из них не может действовать самостоятельно для выполнения миссии. Вооружённые силы были серьёзно озадачены операциями в Ираке и Афганистане и выполнением других миссий и заданий. Хотя мы уже имеем достаточную мотивацию для усиления нашей мощи, мы должны искать пути сохранить и использовать уникальный опыт и умения тысяч ветеранов и остальных служащих, которые могут сделать неоценимый вклад в национальную безопасность. Мы продолжаем работать над изменениями, изложенными в Четырехлетнем обзоре оборонной политики за 2006 год и других программах, включая расширение сил спецназа и сухопутных войск, а также создание модульных легко приспосабливаемых совместных войск.
Всё более важную роль в унифицированном подходе к национальной безопасности играют стратегические коммуникации. Министерство Обороны, совместно с Министерством Иностранных дел, начало делать успехи в этом вопросе, и будет продолжать в том же духе. Тем не менее, мы должны признать, что это одна их слабостей правительства США и что нужны скоординированные действия для совершенствования совместного планирования и реализации стратегических коммуникаций.
Одним из важных компонентов национальной безопасности всегда является разведка и получение информации. Постоянной проблемой является обеспечение простого доступа к важной информации и анализу. Как указано в Четырехлетнем обзоре оборонной политики за 2006 год, Министерство Обороны стремится улучшить разведывательные возможности, а именно агентурную разведку по защите с акцентом на определение и проникновение в террористические сети и измерительно-сигнатурную разведку для определения ОМУ и систем его перевозки.
Инструментами Вооружённых сил являются технологии и оборудование, и мы должны предоставить народу всё необходимое и самые лучшие ресурсы для выполнения их работы. Новейшие технологии подразумевают своевременные инвестиции в правильные технологии. Так же как наши противники приспосабливают и развивают новые тактики, техники и процедуры, мы должны быть ловкими и креативными. Одним из моментов, требующих особого внимания является развитие средств для нахождения, пометки и отслеживания компонентов ОМУ. Мы также должны вносить изменения в регламенты и процедуры по приобретению и заключению договоров и смотреть в будущее для обеспечения быстрого и своевременного обеспечения наших войск важным оборудованием и материалами.
Кроме тог, ключом к успеху Министерства Обороны является организация, в особенности соединение воедино отдельных ресурсов и умений для обладания единой и непреодолимой силой. Такие концепции как «сетецентризм» определяют политику Министерства Обороны, соединяя компоненты Министерства воедино и объединяя организации с дополняющими друг друга ключевыми компетенциями, что превращает Единые Войска в нечто большее, чем сумму их частей. Целью является разрушение барьеров и трансформация организационных структур индустриальной эпохи в предприятие, основанное на информации и знаниях. Эти концепции не являются панацеей, и потребуют инвестирования в человеческие ресурсы, равно как и в технологию для реализации полного потенциала этих инициатив.
Укрепление нашей разрастающейся системы союзов и партнерских отношений является важным элементом осуществления стратегии. Мы становимся более сплочёнными с нашими союзниками и партнерами на поле боя и других местах. И формальные союзы, такие как НАТО, и более новые партнёрские отношения, как Компания по распространению безопасности доказали свою жизнеспособность и склонность к приспосабливанию. Данные отношения продолжают развиваться, обеспечивая свою уместность и способность реагировать на новые угрозы. Наши партнеры обеспечивают ресурсы, знания, умения и возможности, отсутствующие у нас.
Построение таких отношений потребует затрат некоторых ресурсов. Министерство Обороны работает со своими межведомственными партнёрами и Конгрессом, чтобы расширить список инструментов создания сотрудничества по вопросам безопасности и развитию потенциала партнёрских отношений в течение последних семи лет и будет продолжать этим заниматься. Данные инструменты крайне важны для успешной реализации стратегии. Мы также будем сотрудничать с Конгрессом и другими ключевыми фигурами для преодоления важной проблемы, а именно увеличивающихся правовых и регламентирующих ограничений, угрожающих поставить под сомнение нашу военную готовность.
Министерство Обороны пересмотрит политику глобальной обороны, осуществляя переход от устаревших стационарных баз и гарнизонных сил к экспедиционарным войскам для обеспечения большей гибкости для сражения с неопределённостью в меняющейся стратегической среде.
Управление риском
Осуществление Национальной Оборонной стратегии и её задач потребует взвешивания рисков и понимания выбора, который несут эти риски. Мы не можем сделать всё и функционировать одинаково хорошо при разных видах конфликтов. В конце концов, мы обречены на выбор.
С ограниченными ресурсами, наша стратегия должна разработать план того, как мы будем оценивать, смягчать или отвечать на риск. Здесь под риском подразумевается потенциальный ущерб национальной безопасности, а также вероятность возникновения в рамках оценки последствий в случае, если данный риск не будет обезврежен. Мы должны защититься от изменений в стратегической среде, которые могут признать недействительными предположения, лежащие в основе стратегии, а также бороться с рисками, возникающими в процессе реализации стратегии.
Во-первых, существуют риски, связанные с непрямым подходом, фундаментальным для долгосрочной войны. Мы должны признать, что вклад партнёров в будущие операции коалиции будет различным по масштабу, сути, ресурсам и возможностям. Некоторые партнеры будут иметь политическое желание, ресурсы и возможности сделать значительный вклад в разрешение какого-либо конфликта. Другие партнёры проявят большую сдержанность в виде операций (например, контртерроризм, стабилизация, традиционные военные операции), в котором они будут принимать участие. Мы должны сбалансировать явную необходимость в партнёрах (победа в долгосрочной войне абсолютно невозможна без них) с требованиями эффективности и целесообразности при реализации миссии. К тому же, ранее определённые стратегические проблемы могут потенциально изменить правила игры и потребовать фундаментальной переоценки стратегии.
Во-вторых, стратегия должна отвечать на четыре степени риска:
• Операционные риски, то есть связанные с успешным исполнением стратегии текущими войсками в рамках допустимых человеческих, материальных, финансовых и стратегических затрат.
• Риски будущих угроз, то есть связанные со способностью Министерства успешно выполнять будущие миссии против ряда потенциальных будущих соперников.
• Риски по управлению войсками, то есть связанные с управлением военными силами и выполнением задач, описанных в Национальной Оборонной стратегии. Наибольшее беспокойство здесь вызывает набор, сохранение, тренировка и оснащение войск, а также поддержка их боеготовности.
• Ведомственные риски, то есть связанные с возможностями новых практик командования, управления и бизнеса.
Операционные риски
Чтобы подготовиться ко многим вариантам событий, Министерство развивает ряд военных полномочий для президента, а именно средства для смягчения кризисов и при возможности сокращения потребности в войсках. Управление операционным риском потребует четкой формулировки вытекающих отсюда рисков и последствий совершения выбора и предложения стратегий по смягчению.
Доминирование США в традиционной войне отнюдь не является неоспоримым, однако предсказуемо для данных среднесрочных текущих тенденций. Четырехлетний обзор оборонной политики за 2006 год делал акцент на нетрадиционных и необычных угрозах. Мы продолжим размещать инвестиции в создание возможностей для преодоления такого рода угроз, а также изучения зон, от которых ожидается больший риск.
Риски будущих угроз
В основе нашего понимания стратегической среды лежит тот факт, что приоритетные близкосрочные угрозы Соединённым Штатам возможны со стороны государственных и негосударственных акторов, в том числе с использованием нетрадиционных средств полного поражения. Хотя наши передовые космические и киберпространственные технологии дают нам неоспоримое преимущество на традиционном поле боя, они также имеют недостатки.
Китай разрабатывает технологии, способные лишить нас традиционных преимуществ. Примером могут служить развитие противоспутниковых технологий и ведения войны в киберпространстве. Другие акторы, а именно негосударственные, разрабатывают ассиметричные тактики, техники и процедуры во избежание ситуаций, где мы можем применить свои преимущества.
Министерство будет инвестировать в защиту от потери или сокращения наших традиционных преимуществ, не только развивая стратегии смягчения, но и приобретая альтернативные или параллельные средства для достижения тех же целей. Такой диверсификационный параллелизм отличается от развития превосходящих возможностей (причём у нас будет противник, превосходящий нас по возможностям). Он подразумевает следование многим путям для достижения тех же целей, причём такие возможности должны легко применяться в нескольких миссиях.
Риски по управлению войсками
Главнейшим ресурсом Министерства являются люди, входящие в состав Вооруженных Сил. Обеспечение для каждого человека возможности вносить вклад на пределе своих возможностей является важной задачей для достижения задач Министерства Обороны и поддержки национальной безопасности США. Добровольные войска – основа самой профессиональной и умелой военной силы мира. Также следует подчеркнуть необходимость внедрять инновационные технологии для обеспечения возможностей для процветания и роста. Наши гражданские и военные силы равным образом обладают умениями, высоко ценимыми в частном секторе, поэтому требуется сплочённая стратегия для сохранения таких профессионалов.
Ключевым моментом является сохранение хорошо подготовленного, мотивированного гражданского и военного состава. Так далеко заходят только финансовые стимулы. Наш гражданский и военный состав избрал бескорыстный путь служения нашей стране. Обязанностью наших вышестоящих чиновников является признание этого факта и обеспечение штата средствами для роста, приобретения новых знаний и развития новых умений.
Ведомственные риски
С 2001 года, Министерство создало новые командования (объединение Космического и Стратегического командования, создание Северного и Африканского командований). Мы должны оградиться от возникающих организационных сложностей, которые могут привести к недочётам, пробелам или чрезмерной бюрократии в процессе принятия решений.
Заключение
Стратегия, прописанная в данном документе, является результатом оценки текущей и будущей стратегической среды. Соединённые Штаты, а именно Министерство Обороны, не одержат победу в долгосрочной войне или борьбе с другими угрозами безопасности в одиночку. Формирование нового согласия для создания удобного для жизни мира требует постоянных усилий и объединения целей с нашими Союзниками и партнёрами. Министерство всегда находится в готовности для выполнения своей миссии.